– Я не целовал ее, – качает головой он. – Мы поужинали, но я не позволил произойти ничему большему. – Я киваю и сдерживаю облегченный всхлип. – Но ты ожидаешь от меня не пытаться двигаться дальше? – тихо спрашивает он. – Ты предложила мне просто сидеть сложа руки, пока сама без меня налаживаешь свою жизнь. Это чудовищная просьба, Лола.
Я кладу ладонь ему на грудь, и слова вылетают из меня беспорядочным месивом:
– Не думаю, что мы думаем об одном и том же. Не думаю, что я имела в виду и то, что ты думал. Я имела в виду… Это одно и то же. И с моими словами то же самое. И прости меня.
Он слегка отодвигается от меня:
– Мне не верится, что этот разрыв был просто из-за недопонимания. Ты говорила довольно ясно.
– Я хочу поговорить об этом. – Пытаюсь достучаться до него. Пытаюсь хоть как-то упорядочить свои мысли, но тут так громко, плюс я чувствую, как все наши смотрят на нас. – Не здесь. Может, позже?
Он кивает и смотрит на мой рот. Потом вместо этого начинает мотать головой и говорит:
– Я не знаю, Лола. Не знаю. Творится полная херня.
От паники у меня пересыхает в горле:
– Я не хочу, чтобы все закончилось, и…
Оливер останавливает меня мягким «ш-ш-ш» – и протягивает руку, чтобы заправить мне прядь волос за ухо. Смотрит на свою руку, которая движется сама по себе, после чего безвольно роняет ее.
Где-то в глубине моей груди мое сердце грохочет, не переставая. Знаю, это никогда не прекратится. Мы не можем прокрутить стрелки часов назад или остановить время.
– Я скучаю по тебе, – произношу я.
Он улыбается, глядя в пол, взгляд его голубых глаз такой нежный.
– Я тоже скучаю по тебе, Сладкая Лола.
Я чувствую смесь отчаяния и облегчения. Когда он называет меня Сладкой Лолой, я задумываюсь, если ли шанс у нашей дружбы после всего этого и чем это будет – счастьем или пыткой.
– Я думала, ты скажешь, что поцеловал Хард-Рок Эллисон.
Оливер слегка морщится, так мило и грустно одновременно.
– Я не стал бы это делать. Я не чувствую по отношению к ней ничего такого. – Он потирает свою щеку и смотрит в сторону. – Я злился и просто хотел отвлечься, но не предал бы собственные чувства. – Он издает невеселый смешок:
– Твоя любовь клеймом выжжена в моем мозгу; и твои поцелуи – по-прежнему единственные, чего я хочу.
Под весом моих чувств у меня внутри что-то переворачивается, и прежде чем я соображаю, что говорю, выпаливаю:
– Хочешь, я приеду сегодня к тебе?
Оливер на мгновение закрывает глаза и пытается улыбнуться, но у него ничего не выходит:
– Не думаю, что…
О господи! Внутри все плавится от ужаса.
– Вот черт, забудь. Конечно же, не хочешь.
Оливер отступает на шаг и беспомощно оглядывается вокруг, после чего потирает лицо и снова поворачивается ко мне.
– Не играй со мной. – Он изучающе смотрит на меня. – Прошу тебя. Я по глазам вижу, что у тебя в голове по-прежнему неразбериха. Еще вижу, что тебе на самом деле не нравится, что ты сделала. Просто… Несколько дней спустя кажется слишком поздно прийти вот так ко мне с неясными чувствами и паникой наперевес. И я ничего не могу с собой поделать, но все же считаю, это из-за того, что ты услышала об Эллисон.
–
Решительно покачав головой, он не дает мне сказать и продолжает:
– Не знаю, на самом ли деле ты боишься, что наши отношения помешают твоему творчеству, или надеешься попридержать коней, пока не полюбишь меня. И в любом случае я не знаю, что с этим делать. Оба эти варианта отстойные. Он наклоняется, целует меня пониже уха и тихо говорит, почти касаясь губами кожи:
– Я влюблен в тебя, Лола, но при этом боюсь, что ты уничтожишь меня.
У меня совершенно нет понимания, как вести себя с Лолой. И, если честно, с Джо тоже.
Я не видел ее целую неделю, и когда она появляется в магазине на следующее утро после нашего нескладного разговора у Фреда, то тут же направляется к стеллажам Marvel, едва помахав мне рукой, а Джо ее даже не окликает и не делает предложение руки и сердца прямо посреди магазина, как обычно. Вместо этого я чувствую, как он с меня глаз не сводит и оценивает мою реакцию.
– Лола здесь, – подбородком указывая в направлении, где она исчезла в проходе между стеллажами, сообщает он. Мое сердце словно на полной скорости вильнувшая в сторону машина.
– Ага, вижу.
Вчера вечером она предложила приехать ко мне, и до чего же охрененно было представить, каково это – отбросить все в сторону, упасть на кровать и, ни о чем не думая, заняться сексом. Но ни за что на свете я бы не согласился. Я практически чувствовал ее вину и сожаление, но Лола понятия не имеет, чего хочет прямо сейчас. Она – одно сплошное эмоциональное минное поле и не та, ради кого я сейчас готов добровольно по нему пройти.
Джо обходит стойку и встает рядом со мной:
– И ты не подойдешь к ней?
– Не то чтобы это твое дело, Джо, но нет. Может, попозже, но кажется, она пришла сюда за книгами.
– Не понимаю вас обоих, – бормочет он себе под нос.
