– Сегодня сдам информашку. Профессор Юрлов пожертвовал историко-архивной библиотеке елизаветинскую Библию. Абсолютно даром.
– Событие, – иронически прокомментировал главный. – Мирового масштаба. Десять строк внизу третьей полосы.
Лицо нехорошее. Явно строит планы упечь на прессуху в мэрию, а то и что похуже – отправить в Сибирь, на какой-нибудь возрожденный заводик.
Полуянов заторопился:
– Еще есть интересная тема. Мне молодое поколение убийство раскопало. Нераскрытое, 2002 года. Девочка четырнадцати лет. Возьму как зацепку. И напишу большой материал. Про висяки.
– Я все понял. Ничего серьезного у тебя нет, – язвительно подытожил главный. – Поэтому выполнишь общественно-полезное поручение. Нужно – очень срочно – сделать большое интервью с директором авиакомпании. Душевное, теплое. На две полосы. Марина Максовна тебе скажет, во сколько к нему подъехать. Все, Дима, свободен. Не подведи. У нас с ними рекламный контракт огромный.
Спорить Полуянов не стал. Вышел из кабинета. Марина Максовна виновато улыбнулась:
– Аэробосс только сегодня в семь вечера может. Ждет тебя в Шереметьево.
Тут Полуянову пришел черед хмуриться. Вот это счастье подвалило! К семи, по самым пробкам, в аэропорт. А чтобы две полосы написать – это минимум на полтора часа разговоров, и то если грамотно вопросы задаешь. Во сколько, интересно, он дома окажется?!
Дима прошел в свой кабинет, включил компьютер. С сожалением взглянул на директорию «ДДД». Пока ехал в редакцию, несколько интересных направлений продумал, где покопаться. Но – увы. К директору авиакомпании-монополиста без подготовки тоже не придешь.
Дима неохотно вбил его фамилию в поисковик, стал быстро просматривать ссылки.
И тут позвонила Надюха. Перепуганная, чуть не плачет:
– Дим, представляешь… Мы вчера гуляли с тобой – а в это время девочку убили!
– Где?
– Да у нас, в Васильково! Возле дворца этого! Почти в том же месте, где в 2002 году! – отчаянно кричала Митрофанова.
– Что за девочка?
– Местная. Люся какая-то. Четырнадцать лет. Тут, в деревне, постоянно жила.
– А почему ночью одна гуляла?
– Ну… ей разрешали. Из клуба шла. Там вроде с парнем своим поругалась – психанула и сбежала. А ее – по голове чем-то тяжелым. Один удар, говорят. И насмерть.
Надя всхлипнула. Прошептала:
– Дим, давай я лучше в Кералу поеду. Мне здесь совсем страшно стало.
– Надь, в Москве каждый день – минимум десять убийств. Это случайность. К нам она никакого отношения не имеет.
– Да понимаю я. Но ты все равно приезжай, пожалуйста, пораньше, – попросила девушка.
– А ты сиди дома, никуда без меня не ходи. И не волнуйся. Тебя никто убивать не будет. Я обещаю.
Он не стал ей пока говорить, что будет дома не раньше полуночи.
С удовольствием стер в поисковике фамилию самолетного магната. Решил прежде узнать, что в Васильково произошло.
Однако новостные ленты пока молчали.
Пришлось отправиться на поклон к коллегам в отдел происшествий – к тем стекались все сводки по столице и Подмосковью.
– О, Полуянов! – обрадовались ему. – Что тебе рассказать? Есть авария на Кутузовке, четыре трупа. Бытовуха в Бирюлеве, три покойничка.
– Не, я по области. Деревня Васильково, по Новой Риге.
– А что в Васильково? – коллеги переглянулись.
– Убийство, сегодня ночью.
– Не знаю, в сводках не было, – уверенно произнес один из журналистов.
«Деревенские сплетни? Или Надюха чего перепутала?» – подумал он.
И попросил:
– Посмотрите еще раз, о’кей?
Коллеги пробудили от сна экран монитора, один из них воскликнул:
– Ну ты, Полуянов, шустер! Сводка минуту назад пришла!
И уступил место у компьютера.
Дима быстро прочел:
«
Пожал плечами:
– Это все я и так знаю.
– Тебе не угодишь, – хмыкнул коллега.
Слегка рисуясь, поднял трубку, набрал номер, спросил небрежно:
– Семеныч? У тебя детали по Васильково есть?
С минуту послушал, скривился:
– И все, что ли?.. Ну, сбрось хоть их, будь другом.
Нажал «отбой», сообщил Полуянову:
– Бытовуха, похоже. Люся эта там у них местная… шалашовочка. Мать пьющая, отца нет. Девица творила что хотела. Шлялась. В прошлом году чуть за кражу не села. Вчера в сельском клубе со своим парнем поссорились, орали друг на друга на всю деревню. Ушла, хлопнула дверью. Возлюбленный – почти сразу за ней. То ли догнал, то ли нет. Но напился вусмерть. До сих пор не протрезвел. Его уже задержали, сейчас трясут.
– А чего тебе, Дима, до этой Люси? – вкрадчиво спросил второй коллега. – Знакомая, что ли?
Полуянов промолчал.
– Вот, кстати, и фотки, можешь полюбоваться, – подключился к разговору первый.
Врубил полноэкранный режим.
