Долгие годы Хаос собирал знания, но еще больше он узнал с помощью Дамирана. Глава «Единства» шел к этому всю свою жизнь, и момент настал. Знания, которых не могло существовать в этом мире, исследования острова Моку, разрозненные мыслеощущения из прошлого – с тех времен, когда Эмит только создавали – Хаос объединил все это в единое магическое искусство. Сотни, тысячи символов окружали его, скоро их число перевалило за миллион, а затем и за миллиард.
Рука главы «Единства» покрылась зеленым свечением. Хаос опустил ее – и вторгся в систему управления миром.
Если Созидатель оставил Вечный Закон, наделив его правами творения, то почему нельзя переписать эти права, вручить власть другому? Именно это и делал Хаос. Вечный Закон лишился последних крупиц изначальной энергии, он лишь пассивно поддерживал законы и не мог сопротивляться, пока человек отбирал бразды правления.
– Пора разрушить этот мир до основания, чтобы построить честный мир, – сказал с улыбкой Хаос.
Барьер, охранявший мир, треснул. Вся та тьма, с которой приходилось бороться Вечному Закону, была лишь небольшим ручейком, который просачивался сквозь защиту, созданную Созидателем. Но Хаос крушил барьер, и трещины становились больше. Сквозь них проникала не только тьма: в Эмит пришла изначальная энергия.
В яме появились люди, и они окружили Хаоса со всех сторон.
– Тридцать семь Бессмертных! Больше, чем я рассчитывал! – улыбнулся глава «Единства».
– Нас предупредили, – сказал Шахматист.
– Сагранеф и девка из «Искры»? Старались быть неподалеку от меня, чтобы вмешаться? И теперь вы даже не ограничены в этом, ведь я нарушил правила. Только получится ли у вас?
Хаос щелкнул пальцами, и на лицах Бессмертных появился шок. Великие мастера прошлых эпох хватались за грудь, ведь огромная сила испарилась в одно мгновение.
– Я забрал у вас то, что дал вам Вечный Закон. Вы стали его слугами, получив просветление. Значит, теперь вы, Бессмертные, всего лишь… на уровне Великих Мастеров? – с улыбкой спросил Хаос, разведя руки в стороны.
– Наше понимание законов никуда не делось, – сказал Шахматист.
– О, вы в самом глубоком месте Чаши, так что делите ваше понимание законов на десять. Ах, да, вы – лучшие мастера своих эпох, недооценивать вас не стоит. Но достаточно ли этого? Ведь то, что вы потеряли, я обрел.
Бессмертные атаковали одновременно – и Хаос встретил их ударами своего меча. Великие техники, невероятные по своей силе приемы – все это оказалось бессильным против грубой силы, превосходящей все мыслимые пределы. Хаос был управляющим Эмита, тем, кто заменил Вечный Закон – и даже Бессмертные не могли ничего ему сделать. В Чаше их понимание законов было бесполезным, а без него отследить движения Хаоса оказалось невозможно. Тела Бессмертных были на уровне Великих Мастеров, и глава «Единства» просто резал их одного за другим, пока легенды мира пытались сделать хоть что-то.
С неба упал ворон, на лету превращаясь в мужчину с двумя кинжалами. Его Хаос встретил в воздухе, пронзив клинком, а стоило приземлиться, как окружение начало плыть перед глазами. Это была иллюзия Зеницы Центра, и уже через секунду голова Бессмертного покатилась по земле. Перед Хаосом возник огромный мужчина со стальной дубиной. Его знали, как Крушителя Гор, и свое имя он получил неспроста, ведь своими руками пробил один из трех перевалов через Тульпийские горы. Дубина не могла навредить Хаосу, но удар оказался быстрым и сильным, оружие обрушилось на клинок, и ноги главы «Единства» по колено ушли под землю.
«Шахматист», - подумал Хаос.
Стоя в стороне, Шахматист мог делать своих союзников сильнее. Отмахнувшись мечом от Крушителя Гор, Хаос оставил на враге рану и шагнул к Шахматисту. Клинок вошел точно в горло Бессмертному, но Шахматист сделал несколько движений руками, будто переставляя фигуры, и с трех сторон на Хаоса напали другие Бессмертные, резко став гораздо быстрее.
Через семь минут Бессмертных не осталось. Они отчаянно сражались, но Хаос был на совсем другом уровне – невероятном и непостижимом. От атак Бессмертных у главы «Единства» осталось несколько ран. Впрочем, они быстро затягивались.
И тогда появился новый противник.
– А вот и ты, Первый. Всегда хотел увидеть тебя. Увы, зря пришел, я и тебя лишил сил.
Напротив Хаоса стоял крепкий мужчина в кожаных одеждах. Он создавал впечатление не Бессмертного, одной из легенд прошлого, а вышибалы в игорном доме, ведь телосложение и одежду дополняли короткая прическа и практически квадратное лицо.
Это был Первый – тот, кого Вечный Закон сделал первым Бессмертным. Именно он установил правила для «Искры», чтобы контролировать развитие наук среди идущих. Даже среди Бессмертных Первый был легендой, ведь он не просто обрел бессмертие, а лично разговаривал с Вечным Законом. И ходили слухи, что только благодаря этому Бессмертные появились – Вечный Закон хотел просто усыплять их и помещать тела выдающихся идущих в бесконечно долгий сон.
Первый не стал ничего говорить и щелкнул пальцами. В ту же секунду его объяло пламя.
– Ого, – только и сказал Хаос, не ожидавший этого. – Красиво.
