«Почему? Почему он обратил внимание на бордель? Он не понял, что дело во мне. Это просто невозможно», – думал Ливий.
Перед глазами снова все померкло, и Волк увидел другого себя – все еще ребенка, но уже оборванного и грязного. В глазах маленького Ливия горел голод, а вместе с ним пылала ярость.
«А, тот случай. Я совсем забыл о нем», – подумал Волк.
В тот день у него отобрали украденный хлеб. Мальчик, что сделал это, был на два года старше, а еще выше на голову и гораздо крупнее.
Но маленький Ливий не сдался. Он бросился вперед с палкой в руке, правда, у другого мальчика тоже была палка. И она угодила точно в голову.
«Подождите. Этот удар должен был быть другим, на два сантиметра левее», – подумал Ливий.
Простой удар по голове оказался гораздо опаснее из-за этого непонятного сдвига. Но было и еще кое-что.
В палке отчетливо ощущалась ярь.
«Невозможно. Этот ребенок не умеет пользоваться ярью, а палка – самая обычная», – подумал Ливий.
Ребенок упал на землю. Волк выжил, но произошло то, что в будущем доставило много проблем в Сильнаре.
«Марс отдалился».
Эта травма в детстве, о которой Ливий забыл, отдалила его Марс. Ужасающая случайность оказалась совсем не случайностью, а следующие видения прошлого проносились перед Волком все быстрее и быстрее.
Несчастные случаи, которые Ливий списывал на злой рок, теперь раскрывались с другой стороны. Волк видел себя, победителя чемпионата Централа – и удар молнии, которого не должно было быть. В бою с Мюргисом Змеем Ириней ослаб слишком рано, он мог победить Поборника. А в подземном городе Фра-Ост механическое скорпионы пробудились сами собой всего за пару минут до прихода Ливия.
– Даже здесь.
Телепортация из Сильнара была опасной. Гром уничтожил устройство, и Волк застрял в межмирье, но этого не должно было случиться. Ливия должно было выкинуть где-то в Централе, а если и не в нем, то хотя бы не в прошлом, а в настоящем. Вот только направляющий луч, который Синий Флаг оставил на случай поломки устройства, потух до того, как Волк успел его увидеть.
– Вечный Закон не врал. Никакого злого рока нет. Все, что мир сделал – ограничил охиронцев, но больше ничего. Дхэра ошибался. Все ошибались.
Преследовавший Охирон и Фра Ост «злой рок» был всего лишь смесью страха и зависти окружающих вместе с собственными ошибками. Охирон погубил Хаос, подначивая школы Большой Десятки, а Фра Ост погубил себя сам. Никакого злого рока у охиронцев не было. И только Ливий всю жизнь ходил по лезвию ножа.
Его жизнь казалась спектаклем злого постановщика. За многими неудачами, которые лишь чудом не привели к смерти, стоял тот, кто дергал за ниточки.
– Это все ты! Все из-за тебя! – прокричал Ливий.
Он стоял на коленях, силы, которая удерживала Волка в воздухе, больше не было. Новый бог просто наблюдал, оценивая свою работу.
– Время устойчивее, чем я предполагал, – сказал Хаос. – Думал, что смогу убить тебя в прошлом, но Вечный Закон проделал хорошую работу. Что ж, результатом я все равно удовлетворен.
Кулаки Ливия сжались. Если бы не Хаос, жизнь могла пойти совсем иначе, и бывший глава «Единства» сделал это не для того, чтобы убить Волка – Хаос мог отрезать голову в любую секунду. Нет, новый бог Эмита просто испытывал свои новые возможности, Ливий стал для него обычным подопытным. И ради этого эксперимента вся жизнь Волка пошла наперекосяк.
– Если бы я выбрал недавний промежуток времени, допустим, день назад, то все прошло бы идеально, – заговорил Хаос. – Ненавидишь меня, Ливий? Не стоит. Если бы ты умер еще в детстве, для меня почти ничего не изменилось бы, твоя личность не оказала влияния на мой путь. А вот твой путь… Что случилось бы с тобой, не вмешайся я в твою временную линию, а, Ливий?
Кулаки Волка сжались. В словах Хаоса было зерно истины. Если бы не пожар в борделе, Ливий мог бы и не попасть в Сильнар. Если бы не все те испытания, через которые Волк прошел, он мог бы и не стать таким сильным. Но Ливию не дали выбора. Хаос отобрал ту спокойную жизнь и растоптал ее, оставив Волку только болезненную жизнь, полную испытаний.
Тело Хаоса висело в воздухе. За его спиной появился круг тьмы, обрамленный пылающей изначальной энергией. Новоиспеченный бог еще плохо умел пользоваться энергией строительства мира, поэтому он обращался с ней так, как мог – грубо, варварски, но все же эффективно.
– Черное Солнце, – сказал Хаос, заметив взгляд Ливия. – Техника, которая сотворит новый мир. Всё сгорит в черном пламени, чтобы появиться снова.
С каждой секундой техника Хаоса становилось больше. «Это конец», – подумал Волк. До момента уничтожения старого мира оставалось не больше двух минут, и Ливий ничего не мог сделать.
– Можешь напасть. Я не могу двигаться, – сказал Хаос. – Перестраивать мир – нелегкая задача. Нет возможности отвлечься даже ради защиты.
– Пространство…
– Да, все верно. Я освоил всю силу пространства. Если ты попытаешься на меня напасть, то просто умрешь.
Это было правдой. Сила пространства перед Хаосом была столь сильной, что даже Гекта ничего не могла сделать. Бывший глава «Единства» не мог защищаться, но он был неуязвим.
