Внутри Ливия пробуждалась Воля. Она была совсем слабой, и раньше Волк не был уверен, что когда-нибудь вообще сможет ее пробудить. Но Ливий чувствовал: эта Воля нужна, прямо здесь и сейчас. И она отозвалась на зов, приоткрыв частицу своей силы.
– Уничтожим этих демонов и спасем выживших! – рявкнул Ливий с Волей Ликования.
Неуверенность на лицах из-за обездвиженных тел сменилась холодной уверенностью, а за ней появились и улыбки готовых к бою идущих. Волю Ликования еще называли Волей Отваги, ведь она вселяла в людей храбрость. Увидев это, Аслан с благодарностью кивнул – и войска Альянса устремились вперед.
Когда до города оставалось три километра, магические атаки ударили по демоническому легату. Он повернулся, и кулак попал ему прямо в голову, обрушивая демоническое тело на землю: вперед вырвался Нерва.
Ради выжившего из Златоглава Аслан останавливаться не стал, здесь все и так было понятно. Он вел людей вперед, не теряя зря времени, а к выжившему свернул Бьерн, чтобы рассказать, что случилось с златоглавцами в битве Альянса и «Единства».
Аслан быстро занял место на острие атаки. Ради врагов он не останавливался, кромсая одержимых на ходу. Если кто-то оставался в живых, их убивали следующие воины, ведь Альянс шел клином. «Хороший меч», – подумал Ливий, глядя на клинок, который отдал Аслану два года назад. В руках мечника клинок раскрылся полностью, став продолжением тела Аслана – и выведя сына Золотого Льва на пик.
Следовать за остальными Ливий не собирался. В какой-то момент он нырнул в сторону – и побежал в другой конец города, в самую южную его часть. Оттуда до Ливия докатывались волны извращенных эмоций, которые едва не выворачивали Волка на изнанку. Ярь была столь противной, что желудок непроизвольно сжимался и разжимался, а в голове шумело. Но это значило только одно.
Там находится сам Демон.
С тех пор, как Ливий побывал в Солнцеграде, город увеличился вдвое, а то и втрое, хотя и до этого он был гигантским. Теперь Солнцеград напоминал города Востока, поражающие своей монструозностью. Южная часть города была так далеко от северной, что Демон легко сумел бы сбежать, поэтому Ливий и отделился от Аслана. Нужно было хотя бы догнать и сковать Верховного боем, а еще лучше – просто убить его.
Одержимые и демоны просто не поспевали за Ливием, не могли отследить его движения. Но демонический легат, попавшийся на пути, мог. Он вскинул две руки-булавы, а рты, разбросанные по всему телу, открылись, чтобы выстрелить энергетическими техниками.
«Бесформенный» превратился в большую секиру, Воля Топора пробудилась, и за мгновение Ливий ударил трижды: разрубил легата поперек, вдоль и снова поперек.
Чуть дальше нашелся выживший. Он сражался копьем сразу против шести одержимых, которые были «всего лишь» на уровне Чемпионов. Остановившись рядом, Ливий одним ударом снес врагам головы – и превратил «Бесформенный» в кинжал, вернув его на пояс.
– Беги туда, – сказал Волк, показав себе за спину. – А лучше спрячься.
Солнцеград не пал. То здесь, то там кипели схватки за жизнь, последние идущие города яростно боролись с одержимыми и демонами. Раньше никакой надежды не было, но теперь у людей появился шанс спастись.
«Я не ошибся. Все началось с юга», – подумал Ливий.
На северных окраинах Солнцеграда демонов и одержимых были тысячи. В центре их оказалось гораздо меньше, а на юге – почти никого. Все обращенные в одержимых люди и призванные демоны шагали с юга на север, уничтожая горожан. Но Демон не собирался давать шансы спастись. Какую-то часть демонов он призвал по всем окраинам города, чтобы запереть жителей внутри стен. И пока демоны на окраинах не давали никому уйти, демоны с юга методично продвигались и уничтожали всё живое.
«Это не просто желание стереть с лица земли город. «Единство» не стало бы разбрасываться ресурсами зря, здесь убили слишком многих, а ведь их можно было сделать одержимыми. Нет, это не уничтожение. Это – жертвоприношение», – подумал Ливий.
Демон проводил ритуал – и для него требовались десятки тысяч жертв. Ливий ускорился. Он уже бежал по южной части города, а вскоре показался тот, кто устроил резню в Солнцеграде.
С одухотворенным, расслабленным выражением лица Демон стоял на двадцатиметровой горе из трупов. Появление Ливия заставило Верховного отвлечься: на лице появилось раздражение.
– Спускайся, ублюдок. Я пришел казнить тебя, – сказал Волк, хрустя кулаками.
Сила Ливия была ограничена. Ярь на уровне Мастера не давала использовать весь арсенал техник, но даже так Волк мог сражаться, как привык.
Демон спрыгнул. Пусть он и обладал скверным характером, сила Демона была огромной. Сейчас он видел перед собой невероятно опасного противника, пусть тот и казался обычным идущим.
– Казнишь меня? – кровожадно улыбнулся Демон.
Кожа Верховного погрубела, а на его пальцах появились когти. Взмахом руки Демон выстрелил в Ливия отделившимися когтями, и Волк с легкостью уклонился и поднял руку. Из спины Верховного вырвались крылья – и молния с пальца Ливия оторвало одно.
