Десятый человек полностью

Психосоматика, будучи феноменальной, должна иметь функциональный центр, без которого она не сможет быть тем, что считается «воспринимающим существом». Такой центр должен быть психическим, так же как сердце – соматическое. Пять чувств, интерпретируемых шестым, зависят от этого центра в своем проявлении в виде восприятия и сознавания. Все функционирование, как инстинктивное, так и рациональное, направляется оттуда, и поэтому логично, что этот центр должен считаться субъективным элементом объективированного феномена. Следовательно, феноменально он проявляется, но сам по себе этот «субъект» является объектом, и потому он никогда не может быть тем, что мы есть, но является лишь частью феноменальной структуры отдельно взятого феномена, которым мы себя считаем. Ни при каких обстоятельствах он не может быть независимым, не может проявлять волю, не может быть тем, что мы считаем собой.

Более того, наше восприятие по сути своей ноуменально, а мы принимаем распределительный щит за электростанцию, резервуар за источник, компьютер за ум: функциональный центр воспринимающего существа – чисто кибернетический [10].

Отождествление, дающее начало мнимой «сущности», которая считает себя связанной, – это отождествление того, что мы есть ноуменально, отождествление нашей естественной ноуменальности с функциональным «органом» психосоматики, которое становится гипотетическим личным «я» или «эго» с относительной, если не полной независимостью и волей. Мы даже не даем себе труда вспомнить, что лишь малая доля нашей физической активности, функционирования нашего организма каким-либо образом реагирует на инициативы наших личных желаний.

Как возникает эта ситуация? Она возникает в результате расщепления ума, называемого «двойственностью», при котором феноменальный аспект ноуменальности – то есть чисто безличная феноменальность – делится на отрицательное и утвердительное, и появляются «объекты», требующие «субъекта», «другие», требующие «себя», и все они в своем кажущемся существовании полностью зависимы от своих противоположностей.

Но ум, будучи поверхностно расщеплен в процессе феноменализации, остается целостным как ноумен, и только в процессе проявления или только для проявления ему требуется разделиться на иллюзорного видящего и иллюзорное видимое, познающего и познаваемое, которые тем не менее не могут быть разделены, не могут быть двумя, поскольку, разделяясь в функционировании, ум остается целостным в потенциальности.

Вся феноменальность, таким образом, объективна, это просто образы в уме, и эти образы зависят от разделения на видящего, или познающего, и на видимое, или познаваемое, то есть то, что видится наблюдателю, чье существование возникает для того, чтобы эти образы могли проявиться. Из этого следует, что во всей этой феноменальности нет никаких «сущностей», поскольку ни иллюзорный познающий, ни явленное познаваемое не являются сущностями сами по себе, то есть не имеют собственной природы, независимости или волеизъявления.

Отсюда также следует, что потенциальность «восприятия», посредством которого осознается все проявление, на санскрите называемая «праджня», есть непосредственное выражение ноуменальности. В высшей степени безличная и, как и феномены, свободная от сущностей, «она» тем не менее есть и неизбежно должна быть тем, что мы есть, и всем, что мы есть. В процессе концептуализации «ее» в виде праджни «она» концептуализирует «саму себя» с помощью уже известного нам двойственного процесса расщепления на концептуализатора и концепцию, или познающего и познаваемое. И в поиске того, что мы есть, то, чего мы ищем, и есть ищущий: ищущий есть искомое, а искомое есть ищущий, и это – как говорил нам простыми словами Падмасамбхава – то, что мы есть.

Нет никакой сущности, вовлеченной во что-либо, а пространство-время здесь представляется некой концептуальной структурой, сопровождающей события, что бы они могли получить необходимую протяженность, благодаря которой они могут казаться происходящими.

Тут требуется полное отрицание, поскольку лишь Путь Отрицания устраняет действительность всех феноменов и само существование сущности, но если попробовать утвердительное изложение, это и будут те элементы, из которых, по-видимому, состоит этот образ.

Где ноумен?

Пытался когда-нибудь увидеть свой затылок?

Не так!

Пытался когда-нибудь понять, где именно болит «животик»?

Не так!

Когда-нибудь думал о неясной туманности, плывущей где-то неизвестно где?

Не так!

Как с тобой трудно! Что ты предлагаешь?

Слишком большой, чтобы его можно было увидеть.

Не так!

Почему?

Не большой и не маленький.

Тогда пусть будет вездесущий?