— Отлично, до темноты успеем углубиться в лес и найти место для ночевки. Я иду первым, Мартирос последним. Ева, если устанешь, сразу говори, — распорядился Дев, как руководитель нашей экспедиции.
И мы вышли из терминала в сторону виднеющейся невдалеке горы.
Лес начался сразу за аэропортом, был довольно редким, и идти было не трудно. Свой рюкзак я решительно забрала у Дева и, как все, несла его сама. Усталости пока не было, и я успевала разглядывать кипарисы и оливковые деревья с зелеными пока еще плодами, разнообразные кустарники, на которых иногда виднелись ягодки. Пробовать их я не решилась бы, все на вид оказались незнакомыми. Иногда встречались величественные платаны с белёсой, в пятнах кое-где «линяющей» коры, и некоторые поражали своими размерами. Им явно было больше сотни лет.
Всё время раздавалось очень громкое чириканье, которое я уже слышала с деревьев возле гостиницы, но опять ни одной птицы разглядеть не удалось. И чем глубже в лес мы заходили, тем громче оно становилось, превращаясь просто в постоянный фон, звенящий вокруг нас в воздухе. Не выдержав, обернулась и спросила:
— Мартирос, а что это за птицы орут как сумасшедшие? Ни одной не вижу.
— Это не птицы, цветок моей души, — охотно ответил мне дескрит, — это цикады, такие насекомые.
— Насекомые?! Так орут громко? — не поверила я. — Да это громче, чем на рок-концерте!
— Нет, не орут, — рассмеялся Мартирос, — они издают звуки специальной мембраной. И это, кстати, самцы для самочек так стараются, хотят, чтобы выбрали именно их.
— Я скоро оглохну. Кошмар какой-то, вот озабоченные паразиты.
— Ну, в чем-то ты права, для деревьев они действительно паразиты. Прокалывают хоботком кору и питаются их соком.
— А откуда ты столько знаешь? — удивилась я.
— Просто ты так боялась укусов насекомых в предстоящем походе, и так запасалась репеллентами, что я решил почитать, кого тебе опасаться.
— Так это из-за меня ты мошек изучал? — изумилась я.
— Ну да, — легко пожал парень плечами, хотя на них висел ужасающего размера рюкзак.
Где-то через пару часов Дев объявил первый привал, посматривая на меня.
— Белочка, ты как? Сильно устала? Это мы пока по равнине идем, когда подъем начнется, тяжелее будет.
Мы остановились на маленькой полянке, сбросили поклажу под большим платаном и достали тонкие туристические коврики. Мне выдали бутылку воды и батончик из сухофруктов и орехов для перекуса. Есть я пока не хотела и, заметив, что Мартирос тоже просто отдыхает, подошла к парню с расспросами:
— А увидеть этих цикад можно?
— Конечно, иди сюда, — дескрит встал, осмотрел невысокую оливу неподалёку и махнул мне рукой. Я осторожно приблизилась и увидела огромную, нет, просто гигантскую муху, сидящую на стволе дерева.
— Это она? Жуткая какая. От неё репеллент помогает? — я опасливо держалась подальше. Парень рассмеялся.
— Ева, они не кусают людей, не сосут кровь и не воняют. Вполне приятные насекомые, — и он взял в руки это чудовище. Цикада заголосила намного громче, возмущаясь таким произволом. Я невольно испугалась:
— Мартирос, фу, гадость какая, как ты можешь её трогать! Брось!
Он, продолжая смеяться, отпустил насекомое, и оно взлетело, вереща на все лады, явно обзываясь и ругая нас, на чем свет стоит. Видимо, что-то вроде: «Крылья чуть не помяли, изверги!». Я теперь тоже невольно улыбнулась и проводила темпераментного самца взглядом. Потом вернулась к своему коврику и обнаружила, что за мной наблюдала вся компания и теперь парни ухмылялись над моей реакцией. Ну и подумаешь, всё равно цикады противные. Ещё какое-то время «насладившись» воплями мух-переростков, вспомнила о своей запасливости, отыскала в аптечке беруши и вставила их в уши. Да, так будет намного лучше, а то правда оглохну до конца похода. Алексей, посмотрев на меня, тоже решил воспользоваться идеей, только дескритам было всё нипочем. Отдохнув полчаса, мы пошли дальше.
К ночи наша компания добралась до начала подъема и, преодолев какие-то заросли, мы наконец-то остановились на ночевку. Пока дескриты распаковывали рюкзаки и устанавливали палатку, я огляделась. Поляна была закрыта со всех сторон густыми кустами и высокими деревьями, в темноте было страшновато идти одной в их гущу, поэтому, подумав, попросила куратора:
— Толик, можешь покараулить, я вон туда быстренько сбегаю, — махнула рукой в сторону показавшихся перспективными кустиков. Его я почему-то меньше других стеснялась. Видимо потому, что Анатолий был старше всех, ну и человек семейный теперь.
— Пойдем, — понятливо согласился он. — Ты, если надо, обращайся сразу, сама не ходи. Диких животных здесь не много, но всё же встречаются кабаны, лисицы, рыси. Самые опасные, конечно, бурые медведи, но на острове вряд ли они есть.
— Толик, ну что ты меня пугаешь! Как мне теперь в темноту идти?
— Да не бойся, возьми фонарик, всех напугаешь, — приятель добродушно ухмылялся моей нерешительности.
