– Какого хрена ему там нужно? – негодует Голубев. – Это, вообще-то, частная территория.
– С каких пор? – машинально спрашиваю я.
– С тех пор, как я ее купил.
Я хмурюсь. Мэрии не стоило бы разбазаривать исторические объекты.
Что будет служить напоминанием о битве, в которой какой-то князь разбил каких-то врагов, если поле сражения захвачено капустой аграрного холдинга, а башня – владельцем строительного?
– А зачем вы ее купили? – светски интересуется Лара.
– Отреставрирую, сделаю культурный центр и панорамный ресторан.
– Прекрасная идея… Стоп! – Лара вдруг накрывает ладонью руку Голубева на руле. – А давайте дальше пройдемся пешком? Прогуляемся.
– А давай ты уже поделишься с нами своим планом! – не выдерживаю я. – Я же вижу: ты что-то задумала.
По опыту знаю, что с Лариными задумками надо знакомиться как можно раньше, пока они еще не оформились в стройные планы и теоретически могут быть задавлены в зародыше. Не факт, что их получится отвергнуть или даже скорректировать, но хотя бы будет больше времени на то, чтобы с ними смириться.
– Ладно. – Против ожидания, Лара не спорит. Она разворачивается на кресле боком, чтобы видеть и Голубева, и – краем глаза – меня, и предупреждает: – Я могу ошибаться, это всего лишь версия, но, по-моему, Маша сейчас там – в башне.
– Не может быть, там заперто, а ключ у меня. – Голубев протягивает руку, открывает бардачок и показывает массивный железный ключ внушительных размеров.
Если башня служит напоминанием об исторической битве, то ключ от нее мог бы служить одним из орудий победы. Таким ключом прекрасно можно
– Я думаю, ваша любимая медсестричка сделала дубликат, – говорит Лара.
– Тамара? А она тут при чем? – Голубев опасно сжимает ключ.
Лара не обращает на это внимания.
– Я думаю, Тамара не желает, чтобы дети жили с вами, – говорит она. – А Наталья, наоборот, хочет оставить себе и детей, и ваше финансирование. И, кстати, выкуп за Машу. А догадайтесь, какое решение примет судья, если узнает, что вы не уследили за дочкой – ее похитили, когда она была с вами?
Голубев молчит, играет желваками на щеках и свирепо краснеет.
Я ахаю:
– Лара, не может быть! Чтобы родная мать устроила похищение собственной дочери?! Даже если это только постановка и девочке ничего не грозит, она же получит моральную травму!
– Какую травму, Рита? – Подруга разворачивается ко мне. – Вот ты разве сильно травмировалась? Только в первый момент испугалась, а потом уснула, мирно продрыхла двенадцать часов и проснулась спокойной, как танк!
– А с момента похищения Маши уже сутки прошли! – напоминаю я. – Представь, что она пережила за это время!
Голубев молча распахивает дверь машины. Лара хватает его за полу пиджака:
– Одну минутку! Я уверена, Маша еще не проснулась! – и снова мне: – Да просто нам с тобой достался один шприц на двоих, некогда им было вторую порцию готовить, слишком быстро я подоспела.
Голубев вырывается, выскакивает из машины, пинает ближайщую кротовью нору, снова разворачивается к нам и голосом, в котором клокочет лава пробуждающегося вулкана, уточняет:
– То есть вы полагаете, что в башне сейчас находятся Маша, Томка и Наташкин урод?
– Чего это он урод, весьма красивый мужчина, – возражает Лара. – Подлец, правда, но красавцы почти все такие, – и запоздало проявляет деликатность: – О присутствующих не говорим.
– Окей, – после короткой паузы, за время которой он успевает нахмуриться, озадаченно поморгать и бледно улыбнуться, соглашается Голубев и сразу же принимается командовать: – Заходим сзади, там широкий навес, из башни нас не увидят – окна высоко. Подлеца я беру на себя, а вы хватайте Томку.
Он засовывает суперключ под брючный ремень и под прикрытием густых кустов, листва на которых уже пожелтела, но еще не успела облететь, по дуге поднимается на холм.
Я вопросительно смотрю на Лару: это именно то, чего она добивалась? Спонтанный штурм, эпическая битва 2.0, князь идет на врага персонально, без войска и вооружения?
– Вообще-то я думала, он какую-нибудь группу захвата вызовет, есть же у него свои силовики. – Подруга чуточку смущена, но быстро возвращает себе привычную самоуверенность. – Да ладно, что, мы с тобой вдвоем одну бабенку не завалим?
– Ты и одна завалишь, – юлю я.
Мне не хочется становиться боевой единицей.
Но Лара меня даже не слышит.
– Мушкетеры, вперед! – провозглашает она. – Один за всех – и все за одного! – и устремляется вслед за Голубевым.
Сомневаюсь, что меня – с моим-то ростом – взяли бы в мушкетеры, но сказать это некому. Лара уже за желтыми кустами, и я спешу за ней вдогонку.
Ну ладно, честно скажу: не очень-то спешу. И правильно делаю! Лара и Голубев прекрасно справляются без меня.
Когда я опасливо захожу в башню, все уже кончено.
