— А что она, не ведьма? — понизил до тяжелого низкого рева голос лейтенант и сделал долгую паузу, словно стараясь подобрать слова — все они там с Хельгой и Евой три ведьмы. Может и Анна тоже была в Столице, и ей там голову сверлили, как и ее сестре, черт ее знает. Это все из-за этой Тралле… Но раньше не было такой чертовщины. Гирта была самой сильной, ни Фолькарт, ни Иркола, ни острова бунтовать не смели, даже ваши Эмери из Мильды к нам не лезли — как-то внезапно перескочил на политику лейтенант, но детектив не стал перебивать его, решил послушать, что он будет говорить — все у нас было. И народ богатый и сталь и уголь и лес. А потом сэр Конрад умер, и началось… Людишки у нас жадные стали все, злые, каждый тянет на свою сторону, каждый только под себя норовит. Каждый, у кого есть деньги, нанимает себе депутатов, юристов, чтобы не утруждаться, сидят языками молотят, решают, как им еще народ налогом обложить, чтоб хозяину больше было. Вон как сэр Вилмар, средний Булле взял и в Столицу уехал. Шикует там на наши денежки. И все так, у кого денег много, все бегут из Гирты. А откуда деньги? Введем новые поборы! А самим себе только льготы, налоговые вычеты. Это такая демократия у них, свобода, суверенитет. Кто больше заплатит, тому больше всех выгоды… А теперь еще и леди Вероника — вот она самая настоящая ведьма. Она такая же, как Хельга, тоже из Столицы. Сразу видно, одно ведомство. Как приехала, сразу начала наводить свои порядки, сразу отменила половину постановлений, на некоторые законы вообще мораторий наложила. И сэр Прицци и леди Тралле сразу за нее, поддерживают все ее решения. А леди Вероника, даром, что с весны в городе, уже успела познакомиться со всеми, войти в каждый богатый дом, молодежь вся ей в рот смотрит, такая она вся… Мужики без ума от нее все, как вы за Анной бегают. За нее уже и дрались насмерть, и вешались…. А кто на ней женится, тот станет герцогом Гирты. По всему видно, что она как Анна, той же породы, обведет вокруг пальца всех… Старшие наши все против нее, но боятся сэра Прицци. В нее поначалу и стреляли и кинжалом пытались заколоть и конем давили. Знаете, читали уже в отчетах, как у нас дела тут, в Гирте делаются. А не вышло! — лейтенант схватился за кружку и начал из нее пить, напившись, утер усы рукавом рубахи, нахлобучил на голову свою шапку и продолжил уже громким шепотом с горькой зловредной обидой — ударили в спину, а она стоит, улыбается и кровь по одежде течет. Синяя. С ней маг приехал, он рукой повел, так через всю улицу поток огня полился. А потом они пришли к этому, как его, помощнику мэтра Роффе, мэра нашего, прямо с заседания вызвали, и в его кабинете же и повесили. Мэтр Кноцци расследовал лично, но леди Тралле сказала прекратить. Бояться теперь леди Веронику. Но никто слова поперек не говорит, вот как недавно было… Молчат, дружины к бою готовят, точат мечи. Устали все, еще хуже будет, вспыхнет Гирта.
— Боятся, что она наведет порядок и прекратит тот бардак, который творится здесь? — уточнил детектив.
— Ага — после некоторый паузы ответил лейтенант — поубивает всех, кто не нравится, всех, кто слово поперек скажет, за ребра перевешает. Вот она настоящая Булле. Все нынешние, посмотрите портреты в ратуше — голубоглазые и светловолосые. Это кровь Сив Булле, Волчицы, жены сэра Конрада, отца сэра Вильмонта и леди Клары, жены сэра Ринья. А Вероника внучка леди Хендрики, сестры сэра Конрада, настоящая наследница. И по характеру она тоже чистокровная Булле. Злобная, хитрая. При таких как она тяжело будет нам в Гирте.
— Боитесь ее? — спросил прямо детектив.
И налил себе еще юва, пока лейтенант не выпил последнее.
— Ну… — ответил, рассудил он, немного успокоившись, не скрывая некоторого восхищения — я-то рядовой полицейский, много не наворую, мне разве что штраф и плетей. А вот кто постарше, у кого служебный подлог и нарушения, вот тем одна дорога — болтаться на крюке над Керной. А так, для простых людей даже лучше, когда у власти такие как леди Вероника. Крови прольется… Хотя и так льется, но может и получится порядок навести… Сами видите что у нас тут творится. Почитайте по Восточной дороге или по Зогдену, как там у них.
— Знаю, всякое видел — согласился, кивнул детектив — вот у нас в Мильде с подлогом, казнокрадством и сокрытием строго. За такие дела сразу и старшину района могут снять и в тюрьму, а семью прочь из города с конфискацией имения. Имущество в казну, детей в монастырь. В суде при совершении преступления государственная служба считается отягчающим…
