— Это для леди Тралле — достал из поясной сумки и отдал доктору заляпанный запекшейся кровью кожаный мешок с дисками Фанкиль. Отдал Вертуре свою поясную сумку — вот тут бумаги, это сразу отдать Валентину. Все готовы? Так, Инга, Иозеф, сбросьте им в лодку все ненужное. Пойдем налегке, воевать не будем, будем бегать. У нас остался кофеин?
Инга утвердительно и энергично кивнула и немного улыбнулась. Достала из своей поясной сумки таблетки. Ее руки чуть дрожали, глаза горели в мерцании реки. Казалось теперь, когда все было решено, ненужные, отягощающие отряд, бесполезные люди выкинуты из группы, для нее началось настоящее и страшное лесное приключение. Как и для всех остальных, кого не отправляли в город по реке. Тихо переговариваясь, полицейские приступили к погрузке лодки. Фанкиль снял свою бригандину. Доспех с тяжелым металлическим гулом застучал о дерево. Туда же, на дно лодки, отправились и орденский плащ, который тут же подхватил и надел на себя доктор и капюшон с пелериной, что носила Инга. Лейтенант Турко подумал немного и отстегнул поясные сумки и плащ и отдал их детективу.
Пока они готовились к отплытию, Фанкиль стоял на берегу у самой воды. В своей вытертой, залатанной черно-зеленой мантии и длиннополой белой рубахе до колен, разглаживая свою короткую бороду и усы, оправляя длинные седеющие волосы, собирая их в хвост, он смотрел на холодную реку так, как будто собирался искупаться в ней и, глядя на него, Вертуре даже показалось, что рыцарь, что по возрасту был уже близок к пятидесяти, словно поддавшись этому предвкушению лихого ночного налета словно бы помолодел на десять или даже пятнадцать лет.
Заметив его взгляд, лейтенант Турко тоже хитро улыбнулся, пригладил свои длинные усы, бросил в лодку детективу в руки свою меховую шапку и, сняв с шеи платок, повязал на голову, так что в своей светлой кожаной куртке со шнуровкой и разрезами, с ремнем портупеи через плечо, стал похож на удалого кабальеро или пирата из иллюстрированной приключенческой книжки.
Инга отдала доктору Саксу совою большую планшетную сумку, оставила у себя только маленькую, похожую на те, в которых носят мелкие монеты, кисет, спички и трубку. Сняла свою затертую темно-зеленую мантию и, оставшись в одной светло-голубой льняной, подпоясанной ремнем и портупеей через грудь рубахе, закатала и подвязала рукава выше локтя. Поудобнее пристроила на перевязи свой короткий меч. Достала из кобуры свой зловещий острый нож, которым перед перевязкой она резала штаны Вертуре, умелым движением, со сноровкой армейской медсестры, обрезала им подол своей длиннополой рубахи немного выше колен, чтобы не мешал движениям и был как у мужчин. Ее действия были четкими и уверенными и детективу сейчас, когда она стояла перед ним без капюшона и плаща, подумалось что на самом деле ей гораздо больше лет, чем он мнил до этого, хотя годы, казалось бы обошли ее стороной, не коснувшись ни ее тела, ни глаз, ни замедлив ее движений.
— Готовы? С Богом! — перекрестил всех Фанкиль и оттолкнул лодку с доктором и детективом от берега.
— Как будем на месте, пришлем помощь! С Богом! — чтобы сказать хоть что-то, кивнул ему детектив, тоже перекрестился и принялся грести веслом, проталкивая узкое прогнившее суденышко через ветви низко наклонившейся к воде ивы.
— Ну и пусть сами по лесу бегают! — недовольно поежился, обернулся, не услышали ли на берегу, доктор — хоть теперь-то можно покурить?
— Нет — предостерег его детектив и прибавил — выйдем на середину реки, там и курите.
Почти напротив них, на другом берегу, левее, выше по течению темнела узкая громада башни барона Тсурбы. Теперь, в ночном сиянии, было отчетливо видно, что это скорее не башня, а почти прямоугольная бетонная колонна с отвесными и голыми, без окон и иных украшений или конструкций, стенами, поднимающаяся высоко над деревьями и, казалось-бы слегка подсвеченная снизу каким-то тусклым слегка голубоватым заревом, или отраженным лунным светом.
То и дело оглядываясь на нее, Вертура греб веслом, попеременно с каждого борта, выводя челнок на середину реки. Ему все казалось, что сейчас что-нибудь высунется из воды, как из окна той церкви в лесу и пробьет утлое, прогибающееся при каждом движении дно, а когда они будут тонуть, схватит их за ноги и потянет в пучину. От увиденного и почувствованного в лесу ему было неуютно и тревожно на открытой воде, скрывающей страшные тайны и неведомых существ, которые теперь мерещились ему где-то рядом в темной глубине реки. Он обернулся к берегу, пытаясь угадать, откуда они отчалили, но не смог найти этого места. За кормой чернел покинутый ими высокий берег, густо поросший черным реликтовым лесом и только где-то в стороне, на вершине холма, которую полицейские недавно покинули, рыжел огонь. Не то факел, не то фонарь, не то костер. Что именно — детектив так и не смог разглядеть среди зарослей в темноте.
