Через двадцать минут мы прибыли в деревню. На сей раз мы поделились следующим образом: Миша вместе с Федей пошёл опрашивать своих знакомых, Илюха с Витей побежали в противоположный конец деревни, чтобы начать поиск оттуда, а мы с Валерой стали тщательно обходить вокруг каждого участка, но пока безрезультатно.
Где-то через полчаса или чуть меньше к нам подбежали Илья и Витя. Лица их были взволнованны.
– Нашли! – воскликнул Витя.
– Где? – с ярым любопытством спросил я.
– Илюха постарался. Мы шли мимо какого-то странного участка. Он весь порос травой. Там был сарай, а вокруг него куча разобранных велосипедов – рамы, колёса, подседельные штыри, покрышки, звёзды раскиданы – словом, страшный беспорядок. Но твоего велосипеда вроде как нету. Ну я и говорю Илюхе, что, мол, нечего нам тут ловить. А он: «Что-то здесь не так». В дырку в заборе прошмыгнул и в сарай. Через минуту выскочил. Говорит, два велосипеда там стоит. Оба описал, один на твой похож: чёрного цвета с багажником, местами ржавчина, на руле Георгиевская ленточка.
– Это он! – воскликнул я, дрожа от волнения. – Надо его оттуда забрать! Бежим скорее!
Мы ринулись спасать мой велосипед. По пути мы встретили Мишку с Федей, и Витька рассказал им всё, что несколько минут назад поведал нам с Валерой.
– Беда! – многозначительно качая головой, сказал Миша. – Я знаю этот дом. Это дом Кучиных. Там три подростка живут – три брата. Старшему на днях восемнадцать стукнуло, двум другим – по шестнадцать. У них отец на Севере работает – по полгода дома не бывает. Мать пьёт сильно, себя не помнит. Они постоянно какую-то технику воруют, то и дело таскают какие-то детали, запчасти – словом, железяки всякие. Всё это они на металлолом за гроши отвозят или соберут что-нибудь путное и продают, если повезёт. Вот, по ходу, и велосипеды по их части.
– Надо нам мой велосипед забрать! – настоял я.
– Ты его так лихо через дырку в заборе не вынешь, – возразил Мишка, – мы там будь здоров нашумим. Заметят – поколотят нас всех.
– Да брось! – вмешался Валера. – Нас шестеро, а их трое. Ещё кто кого поколотит!
– А может, лучше в милицию? – предложил Илюха.
– Эх, – усмехнулся Мишка и махнул рукой. – Какая тут милиция? Один участковый на всю округу, и тот алкаш пропитый. Да и сегодня воскресенье – он на рыбалке где-то со своими дружками.
– Вы как хотите, пацаны, а я велик не оставлю тут и без него не уйду, – обратился я ко всем. – Если не хотите с этими мародёрами дел иметь, я вас не держу – можете идти. Я не обижусь. Покажи только, Витька, где сарай этот, и возвращайтесь к Ваньке на праздник, а я вас догоню, если эти ублюдки ноги мне не переломают.
– Ну, Ефимка, я сейчас сам обижусь, – отрезал Валерка. – Ишь чего, не держит он никого! Видали? Ты за кого нас принимаешь? За подстилок каких-то? Мы все с тобой останемся и никуда не уйдём, пока ты свой ве́лик назад не получишь. Так, парни?
– Так! Да! Верно! Само собой! – посыпались голоса ребят.
– Веди нас, – обратился Валерка к Витьке.
– Спасибо, ребята! – воскликнул я, восхищённый преданностью своих друзей.
Вскоре мы были возле той самой дырки в заборе. Участок Кучиных представлял из себя пол-акра земли, огороженной гнилым деревянным забором. Внутри всё поросло высокой, насколько она могла вырасти до лета, травой. На заднем дворе, выходившем к опушке леса, размещался ветхий сарай. Вокруг него были разбросаны ржавые трубы, велосипедные и автомобильные колёса и другие запчасти, а также непонятные грязные куски металла. Взгляд также привлекала старая, с выбитым стеклом дверь от «копейки», валявшаяся на какой-то каменной плите. Спереди участка, фасадом к деревне, стояла ветхая избушка, покрашенная когда-то в благородный оттенок голубого цвета, но краска уже давно выгорела. Над чёрной крышей дома возвышалась ржавая дымовая труба. На участке никого не было видно.
– Ребята, я полезу в дырку, а вы оставайтесь тут. Нечего нам лезть вшестером, – предложил я. – Хотя пусть со мной ещё один пролезет для подстраховки.
– Давай я полезу! – охотно вызвался Илья.
Я не стал отказывать пареньку, который теперь заслужил моё доверие и благодаря которому вообще был найден мой велосипед. Пока я лез в сарай за велосипедом, Илья аккуратно побежал к дому, чтобы посмотреть, есть ли там кто. Когда я вышел из сарая с моим велосипедом, который, к счастью, был цел и невредим, Илья сделал мне знак, что путь свободен и я могу выйти через калитку. Видимо, подлые сорванцы куда-то ушли, оставив сворованный велосипед без надлежащего надзора, что оказалась нам на руку. Мы прошли через калитку и, обогнув пол-участка вдоль забора, вернулись к ребятам.
– Ну, Ефимка, поздравляю! – торжественно заявил Мишка. – Ты вернул то, что по праву принадлежит тебе, не пролив своей крови. В случае с этими ублюдками это большая удача.
– Да, будем надеяться, что они снова его не сопрут как-нибудь, – сыронизировал Витька и усмехнулся.
Ребята тоже захихикали, да и у меня самого это заявление вызвало улыбку, но вдруг лицо моё сделалось грозным и хмурым – я понял, что в этой наивной шутке была лишь доля шутки.
