В это время Сильвия Мор действительно пекла блинчики, и пахли они бесподобно вкусно. Поначалу, когда мама с папой уехали и оставили на нее всех троих, она не очень-то обрадовалась. Ну чему радоваться, когда младшие все время путаются под ногами, задают дурацкие вопросы и мешают, а за трехлетним Виктором еще и глаз да глаз нужен! Так и старается влипнуть в историю! Поэтому она порой и жалела, что ее удочерили. Нет, вы не поняли, она очень любила свою семью, Сильвии было жаль, что она — не настоящая Мор. У нее частенько чесались руки — вот превратить бы младших в букашек! Посадить в спичечный коробок до самого приезда родителей или хотя бы внушить любовь к книгам, чтобы никто к ней не приставал и не отвлекал от любимого занятия! Будь она потомственной Мор, это была бы магия. А так — просто кулинария.
Но, к удивлению старшей сестры, после отъезда мамы и папы хлопоты свелись до минимума, а точнее — до крошки Виктора. Эйдан и Лула без всякого колдовства постоянно то бегали в библиотеку, то не выходили из своей комнаты часами. У них был до того таинственный вид! Но Сильвия не собиралась вникать в их игры и лишь поставила ультиматум: они целиком берут на себя Виктора и в перерывах между кормлением и беготней за малышом по дому могут заниматься, чем хотят. Двойняшки на удивление легко согласились, и Сильвия сосредоточилась на кухне.
Она даже начала верить, что все идет как нельзя лучше, и мама с папой будут ею довольны.
Сегодня утром Эйдан, Лула и Виктор вели себя просто фантастически примерно. Они умылись, почистили зубы, вымыли руки, и никто не капризничал. Даже Виктор не стал рисовать вареньем буквы на скатерти, как делал это обычно.
— Спасибо! — сказали они по очереди и разбрелись по комнатам. Сильвия положила посуду в раковину и задумалась. Дети безупречны, с ними все в порядке, и без всякой магии. Вот это и настораживало. То ли они что-то натворили, то ли еще только задумали… Сильвия тряхнула головой и решительно принялась за посуду, твердо отгоняя неприятные мысли. Она хотела верить, что ничего не произойдет в отсутствие родителей, только вот интуицию было не уговорить.
Она всегда знала, что не родная дочь Бриана и Фионы Мор, но никогда этого не чувствовала. Мама и папа очень любили ее, и не стали любить меньше, когда появились двойняшки, а потом и Виктор. Если на то пошло, то младшим порой доставалось от родителей куда сильнее, если дело доходило до ссор! Что и говорить, родители всегда были на ее стороне. Но когда она впервые узнала, кто ее родители, то была просто без ума от восторга. И понятно — сейчас фейри были такой редкостью! Немногие могли похвастаться тем, что знают кого-то из волшебного народца, а про то, чтобы быть частью такой семьи, можно только мечтать! Сильвия, разумеется, понимала, что не владеет никакими способностями, но надеялась, что мама покажет ей хоть что-то, а то и научит, и этим можно будет попользоваться в свое удовольствие. Вот бы это было чтение мыслей, мечтала она. Или хождение сквозь стены. Или еще что-нибудь полезное… ну хоть левитация, что ли.
— Мама, а где твоя Особая Книжка? — спросила она тут же, ведь всем известно, что у каждого фейри есть своя собственная магическая книга. Это нечто вроде личного дневника, который фейри ведет всю свою жизнь. Туда он записывает заклинания, а они действуют только для хозяина записей и его родственников, и никто чужой не может воспользоваться ими без разрешения. Сейчас в любом музее можно найти полно таких Особых Книжек, давно потерявших хозяев, и потому безопасных и бесполезных.
У мамы точно была такая. Только она не собиралась это обсуждать — во всяком случае, на тот момент.
— Тебе уже шестнадцать, Сильвия, — сказала Фиона Мор, сжав губы и приподняв подбородок, что на языке всех матерей означало «никаких вопросов». — Но знай, мы рассказали тебе обо всем с одним условием — никто больше не должен узнать об этом.
— Как это? — растерялась Сильвия. Вот уж чего она не ожидала!
— Мы живем среди людей и будем жить здесь всегда. Наши дети должны быть людьми, и вы ими будете. И Эйдан, и Лула, и Виктор — все они в свое время узнают о нашей истории, но никто из вас не должен болтать об этом. И уж тем более — никто из нас никогда не воспользуется своими способностями! Никаких исключений.
— Но мама!
— Сильвия, послушай мать, — сказал Бриан Мор и улыбнулся, хотя улыбка его значила то же самое «никаких вопросов». — Когда ты вырастешь, то поймешь, почему мы так решили.
— Зачем было вообще рассказывать, — проворчала Сильвия. — Сочинили бы что-нибудь, и ладно…
— Может и так, — вздохнула мама и обняла ее за плечи, — но раз так вышло, мы были обязаны предупредить. Нам с отцом не хотелось бы, чтобы это стало неожиданностью.
— А что в этом плохого? — спросила Сильвия с вызовом. — Вы сами говорите, что я уже взрослая! Думаете, я не смогу чему-нибудь научиться? Ведь именно так появлялись волшебники и маги — это фейри учили их колдовству! И не говорите, что вы не пользуетесь своим даром! Никогда не поверю!
