Грузный и наверняка тяжёлый мужчина, замерший в то мгновение, когда Аллен поднял на него фонарик, занёс руку со своим оружием и невероятно быстро кинулся прямо на подростка, всего через мгновенье оказываясь рядом и ударяя в паре дюймов от плеча жертвы. Вторая рука кошмарного доктора железной хваткой стиснула его плечо, и юноша, уже не рассуждая о чём-либо, а чисто на инстинктах со всей дури полоснул по руке ножом. Хватка едва ослабела, юноша дёрнулся в сторону, пытаясь сбежать, но нож только неприятно хрустнул где-то внутри «доктора» и застрял.
Удирать без оружия, когда на тебя взирает это страшное лицо хрипящего создания, или попытаться выдернуть нож Аллен решить не успел. Он отступил ещё на полшага, поскользнулся на закапавшей из раны тёмной жиже и грохнулся на пол, выламывая нож и опрокидывая на себя противника. Ноги оказались придавлены тяжёлым телом, и как бы Аллен не дёргался, выпутаться не получалось, думать о том, чувствует ли это существо боль, и эффективно ли против него подобное оружие, было некогда, и Аллен, перехватив нож поудобнее, вонзил лезвие прямо в сшитые друг с другом губы. Натянутая кожа с мерзким хлопком лопнула, с легкость позволяя лезвию полностью погрузиться в глубину и открывая полость, наполненную тёмной, неприятно воняющей, тягучей, словно, мёд жидкостью, которая тут же полилась на пол и на Аллена. «Доктор» затряс головой, что-то внутри него захрипело ещё громче, и юноша, воспользовавшись этими движениями, всё-таки выскользнул из-под него и попытался быстро подняться на ноги, но его тут же ударили кулаком в спину, швыряя лицом в стену.
Ему повезло, что это был кулак, а не что-то ещё. Прикрывая левый глаз и быстро осматриваясь по сторонам, он бросился к откатившемуся в сторону фонарику, по пути чудом уклоняясь от возможной встречи с «доктором» и обнаруживая прямо перед собой дверь. Ему было плевать, что внутри, Аллен просто желал немедленно убраться отсюда, убраться как можно скорее.
Дверь поддалась, и юноша едва не выпал на узкую лестничную площадку, успевая захлопнуть за собой дверь и в ужасе понимая, что на сей раз закрыть её совершенно нечем. Он слышал, как за дверью копошится монстр, и не собирался его дожидаться. Не разбирая дороги, Аллен побежал по ступенькам вверх и на одном дыхании проскакал до следующей двери, слыша, как внизу кто-то вваливается на лестничную площадку.
Дверь второго этажа не поддалась.
Аллен кинулся дальше, наверх, не замечая ничего, не смотря под ноги и не пытаясь что-либо рассмотреть. Просто чудо, что он ни разу не запнулся и не свалился.
И таким же чудом он воспринял распахнувшуюся тяжёлую дверь! Он оказался перед очередной развилкой с тремя путями.
«Тебя убьют, Аллен Уолкер, тебя просто убьют, ты понимаешь? Не лучше ли было бы оказаться в настоящей психушке, чем здесь? Пусть лучше ты будешь пациентом, который видит кошмар, пусть это будет всего лишь выдумкой!!» — шептал Аллен сам себе, бросаясь в первую попавшуюся сторону и тут же натыкаясь на новую дверь, которая не только открылась, но и благодарно защёлкнулась, как только Аллен прошмыгнул внутрь.
И он снова, по уже сложившейся традиции, огляделся, осознавая, куда попал.
Он ведь уже вспоминал о карцерах?
Узкий коридорчик и четыре двери. И свет, доносящийся с проломленного потолка. На мгновение Аллен подумал, что здесь можно вылезти на крышу, но затем услышал копошение за одной дверью и насторожился.
— Здесь кто-то есть, да? — несмело донеслось из-за двери.
В горле моментально пересохло, и вместо нормальных слов Аллен выдавил только невнятное мычание. Человеческий голос!! Возможно, он говорит с нормальным человеком, который, как и он, сам спрятался тут…
В этом маленьком карцере?
Радость немного поутихла от осознания, что это не самое лучшее место для того, чтобы прятаться. Насколько Аллен видел, двери запирались снаружи. А под одной из них валялось затоптанное сообщение: «Не выпускайте больных». Лаконично и просто. Аллен перевернул листочек и обнаружил на обратной стороне нарисованный зелёным карандашом цветочек и кривую подпись, выполненную детской рукой: «Мама я хочу домой». И здесь всё было гораздо сложнее и глубже. Неужели в этом месте держали ребёнка?
— Так там есть кто-нибудь?
Голос парня, или, скорее, подростка, у которого голос только-только начал ломаться, и он наполнен уже странными истерическими нотками.
— Да. Не бойся, я просто... Я искал, где можно спрятаться.
Кажется, за дверью крайнего отсека послышался вздох.
— Здесь можно спрятаться. Сюда никто не приходит. Только те, что были до тебя, могут оказаться подменены.
— Что? — непонимающе переспросил Аллен, подходя ближе в двери, — может быть, ты откроешь, и мы нормально поговорим?
— Нет. Они смогут достать меня.
— Вообще-то я здесь один, — ответа на сей раз не последовало, и Аллен решил, что и ладно. Может быть, если бы его довели до подобного состояния, он бы и сам не стал никому открывать дверь. — А как ты здесь оказался? Ну, в больнице?
