Виктор поднялся, подошел к окну и стал рядом, опустив правую руку на изгиб талии Нины; ее тело упруго подалось легкому нажиму его пальцев.
– Похоже… А такому искусству ты тоже по боевикам выучилась или Камасутру читала?
Его вопрос снова рассмешил Нину.
– Ну разве этому по книжкам научишься? Просто делаешь так, чтобы обоим было хорошо, и не думаешь… Тоже спросил – «нравлюсь, не нравлюсь»… Хорошо, я на вечер блузку не надела, а то как тебя увидела, так пуговицы сразу бы посыпались. Запалил девушку сразу с четырех сторон…
Она слегка изменила позу, почесав лодыжкой лодыжку.
– Воскресенье уже… Сегодня ты уйдешь, и никто не знает, повторится ли наша встреча или нет.
– Почему так считаешь?
– А то нет? Так природой заведено. Мужику каждый раз интересна новая, он по природе своей должен как можно больше новых женщин узнать, чтобы род продолжался. А женщина среди вас всегда одного своего ищет. Я своего пока не нашла. Могу тебя удержать. – Она сверкнула из-под ресниц роковым взглядом. – Но не буду. Летай. Ты мне свободный люб.
– Так и выпустишь?
– А что? С иными трудно, они сразу привязываются… и что потом делать? Сердцу ведь не прикажешь… а они потом мучаются… зачем?.. А ты как-то сразу понял, почувствовал, что это не всерьез, что это кровь играет… и так легко с тобой, словно тоже летаешь… Э-эх…
И она, медленно прогнувшись, опустилась грудью на подоконник; на спине, словно крылья, проступили лопатки. Виктор быстро перехватил ее правую руку и завел за спину.
– Э, ты чего? Ай, щекотно! Ну, ты бесстыдник… – последние слова Нина произнесла каким-то восхищенным полушепотом.
– О-хо-хонюшки! – глубоко потянулась Нина, сидя на постели. – Я пошла мыться. Слушай, ты всех так приятно загоняешь? Ладно, молчи.
Она пошла в ванную, откуда вскоре послышался шум льющей воды и ее голос:
– Вить! А Вить!
– Что случилось?
Нинон выглянула из-за полупрозрачной полихлорвиниловой занавески. По ее распаренному телу стекали струйки горячей воды из душа.
– А как насчет девушке спинку потереть? Только чур, не щипаться!
– …Ну все. Пока.
Они стояли на лестничной клетке перед открытой дверью лифта.
– Мне еще знаешь, сколько дел сегодня сделать? И выспаться. Я стою, а меня прямо стоя в сон клонит. И откуда ты такой?
Она заглянула ему в глаза.
– Иди. А то еще грустить по тебе начну. А это ни тебе, ни мне ни к чему. Ты вернуться должен.
– Вернуться куда?
– Вернуться куда. И к кому. Я не знаю. Знаю, что должен. Иди. Не забывай свою Нилон-Найлон. Ну иди же. У меня тоже сердце не из нейлона…
– Счастливо тебе, Нина. Я хочу, чтобы у тебя все сложилось.
– Счастливо тебе. И спасибо.
– Тебе спасибо.
– Заходи, будет время. Только по выходным. В будни мне некогда. Все, я пошла.
Закрылась дверца, лифт пошел вниз. Виктор помахал вслед из кабины сквозь стекла двери; Нина послала воздушный поцелуй и скрылась из глаз; на следующем этаже он услышал, как наверху захлопнулась дверь.
