– Почему они ничего не сделали? – взрывается Тзайн. – Почему не остановили его?
Опускаю ладонь ему на плечо и сжимаю, чтобы успокоить. Я знаю брата: за его криками скрывается боль.
– Сентаро защищают жизни, а не забирают их.
Долгое время мы молчим, лишь всхлипывания Амари нарушают тишину. Разглядывая разрисованные стены, я начинаю понимать, как далеко готовы зайти враги, чтобы помешать нам.
– Но сейчас магия возвращается, так? – спрашивает принцесса, вытирая глаза. Тзайн протягивает ей лоскуток, оторванный от своего плаща, но его доброта вызывает у нее новые слезы.
– Свиток сработал с Зели и Мамой Агбой, – продолжает Амари. – Он изменил мою подругу. Если мы покажем его всем предсказателям Ориши, этого хватит?
– Саран разорвал прежнюю связь между магами и богами, когда убил сентаро. Свиток возвращает магию, потому что способен восстановить эту связь на краткое время, но для того, чтобы сделать ее постоянной, нужно провести ритуал единения. – Лекан с почтением достает пергамент: – Я много лет искал три священных артефакта, но почти ничего не добился. Я смог найти костяной кинжал, но боялся, что остальные дары Саран сумел уничтожить.
– Не думаю, что это вообще можно сделать, – говорит Амари. – Отец приказал адмиралу избавиться от свитка и солнечного камня, но у того ничего не вышло.
– Он не справился потому, что их нельзя уничтожить человеческими руками. Жизнь им дала магия, и только она способна ее забрать.
– Так мы можем это сделать? – настаиваю я. – Можем вернуть магию?
Впервые Лекан улыбается. Надежда загорается в его золотых глазах.
– Приближается солнцестояние, подобного которому не было уже сто лет. Тысячелетие назад Небесная Мать наделила людей своими дарами. Это – последний шанс исправить наши ошибки и пробудить магию.
– Как? – спрашивает Тзайн. – Что нужно сделать?
Лекан разворачивает свиток, рассказывая о его символах и знаках:
– В вековое солнцестояние на северном краю моря Оринион появляется священный остров. На нем стоит храм богов. Нужно взять туда солнечный камень и костяной кинжал и прочитать там древнее заклинание из свитка. Если мы совершим ритуал, то создадим новую кровную связь и защитим магию, которая вернется к нам на сотню лет.
– И каждый предсказатель станет магом? – спрашивает Амари.
– Если сможете совершить ритуал до солнцестояния, каждый предсказатель старше тринадцати лет обретет силу.
– Секунду, – кричит Тзайн, – до него ведь меньше месяца!
– Что? – Моя грудь сжимается. – Но что будет, если мы пропустим его?
– Ориша никогда не обретет магию.
Сердце проваливается куда-то вниз, будто меня столкнули со скалы.
– Но магия ведь уже здесь. – Тзайн трясет головой. – Ее возвращает свиток. Если мы покажем его всем предсказателям…
– Не сработает, – прерывает его Лекан. – Свиток не соединяет с Небесной Матерью, он только временно возвращает связь с богиней-сестрой. Без ритуала магия исчезнет после солнцестояния. Восстановить связь с Небесной Матерью – наш единственный выход.
Тзайн вытаскивает карту, и Лекан отмечает путь туда, где должен появиться священный храм. Я молюсь, чтобы место было неподалеку, но вижу удивленные глаза Тзайна.
– Постойте, – вмешивается Амари. – У нас есть свиток и костяной кинжал, но где солнечный камень?
Она с ожиданием смотрит на складки мантии сентаро, но сияющего камня не видно.
– Я отправился за ним в Варри, где его впервые прибило к берегу, затем проследовал в Ибеджи, но духи призвали меня сюда, и вот мы встретились.
– Так у вас его нет? – спрашиваю я.
Лекан качает головой, а Тзайн чуть не взрывается:
– Тогда как мы должны это сделать? Туда добираться-то целый месяц!
Ответ неизменен, как рисунки на стене. Предсказатели никогда не станут магами. Саран будет править.
– Вы можете нам помочь? – спрашивает Амари.
– Я могу указать вам путь, – кивает Лекан. – Но мои силы не безграничны. Только женщина может быть мамалаво. Я не могу провести ритуал.
– Но вы должны, – настаивает Амари. – Вы – единственный оставшийся в живых сентаро!
– Не выйдет. – Лекан качает головой. – Сентаро не похожи на магов. Родство с богами у нас в крови, но, чтобы восстановить связь с Небесной Матерью, нужно совершить ритуал.
– Тогда кто это сделает?
Лекан смотрит на меня пронизывающим взглядом.
– Маг. Тот, кто связан с богами.
Через секунду до меня доходят его слова. Я едва удерживаюсь от нервного смешка.
– Если Небесная Мать вручила тебе свиток руками дочери Сарана, ее воля ясна.
– Лекан, нет. – Живот сводит как тогда, на рынке, когда Амари схватила меня за руку. – Я слишком слаба и никогда не читала заклинаний. Вы говорите, что свиток связывает меня с Ойей, но не с Небесной Матерью.
– Я помогу. Исправлю это.
