— Мне нравится результат моей работы, — он с гордостью оглядел ее руки. На самом деле он и не надеялся тогда на успех. Пришлось распороть все от середины плеча до шеи, что в условиях пустыни было очень рискованно. Жаль, не было выбора, за несколько суток плоть брата грозилась протухнуть и зажариться, до храма ждать было попросту нельзя. И вот она ими уже шевелила. Пусть и не полноценно — руки поднять не получалось совершенно, даже малую нагрузку в виде того же бо пальцы не выдерживали, плюс страшный тремор, да еще и постоянная боль. Кормить все равно приходилось с рук и ножа, еду она просто не доносила до рта, хоть и пыталась. Но это, безусловно, прогресс.
— Ты хороший хирург, — Тора обхватила себя за локти. Обычно обнимала за плечи, но руки не поднимались, только так.
— А ты хорошая шисаи. После смерти Тайгона контроль стал лучше, — Райга поднялся, закинул на плечо мешок с трупом. То ли тело заметно полегчало, высушившись в пустыне, то ли мысль о том, что скоро это закончится, придавала сил.
— Еще недостаточно, мне чего-то не хватает, но я пока не могу понять — чего, — Тора поднялась с лап без помощи рук и кивнула на храм. — Ладно, подумаю об этом позже, сейчас у нас куча дел.
— Разделиться не предлагаю, храм мужской, по идее — устроен так же, как храм у моря. Надо только найти тайную лестницу, — Райга двинулся в сторону главного входа, на ходу разглядывая опустевший полигон.
Тренировочные манекены давно сгнили, деревяшки развалились, стальной каркас заржавел. Снегом замело узорные плиты и сад камней. Два додзе тянулись параллельно друг другу до самого храма. Склады с инвентарем и одеждой, ванны. Все наверняка уничтожено еще лет тридцать пять назад, когда воевали ангелы и кошки. А если быть точнее — Люцифера и Химари. Что не унесла война, забрало время. Этому храму еще повезло, а вот родной храм мамы превратился в кладбище.
Некогда красная черепица заметно посерела и местами растрескалась — под снегом было видно мало. Деревянные колонны без краски тоже оставляли желать лучшего, а уж по террасе Райга бы не пошел ни за что на свете — еще лапа провалится, а сверху упадет вся крыша. В самом храме было куда безопаснее, ему не страшно было ничего на свете — камни не стареют.
Железные ворота натужно скрипнули, когда он привалился к ним плечом, но поддались. На удивление в нос не ударил запах спертого воздуха, и через некоторое время Райга понял, почему. Крыша, все таки, провалилась. Мраморные колонны подпирали небо, обломки деревянных балок и перекрытий висели на них, особо тяжелые разбросало по полу, осколки черепицы и фрагменты потолочных фресок оказались везде. Восстанавливать и восстанавливать.
Райга расчистил лапой ближайшую плиту в поисках отметин и нужных трещин. Пусто. Вторую. Пусто. Третью. Тропа должна была начинаться у входа, но его-то как раз и завалило фресками больше всего. Четвертая плита оказалась как будто перечеркнута лиловой полосой. Райга встал у самого начала и, глубоко вздохнув, провел через себя силу Самсавеила, благо, здесь ее было достаточно, что бы там ни утверждала Тора. Трещина вспыхнула, а за ней сквозь толщу мусора и обломков вспыхнули и остальные одна за другой. Дорога лилового света петляла, кружила, но заканчивалась в одном из углов.
— Ушастая, я нашел, пошли, — Райга присвистнул, подгоняя Тору, она уже вовсю изучала выщербленные рисунки на одной из колонн. — То-о-ра-а!
— Здесь те же самые фрески, что и у моря, — отозвалась она, выглядывая дорогу из света. — А я надеялась, что хоть где-то их нет.
— А что с ними не так? — Райга выискивал наиболее проходимые тропы, перешагивая через завалы. Тора же шла, как придется, ей было все равно — хоть карабкайся, хоть прыгай, она балансировала хвостом и отлично себя чувствовала без полноценно работающих рук.
— Ну здесь-то понятно, сцены обучения Самсавеилом первых шисаи, тренировки самих шисаи и их учеников. Первое появление лепры и дар Самсавеила — Конфитеор. А еще вон те дальние колонны, небось, опять про создание ритуальных ножей. А те, что рядом с ними — о каком-то артефакте, мече их белой стали, спрятанном в посохе. Как думаешь, похож на бо Ясинэ?
Райга повертел в руках посох, провел через камни энергию, пальцем провернул механизм, и меч на пару сантиметров вылез из ножен. Клинок как клинок, обычная сталь, наверняка похожий сплав, что и у ритуальных ножей, режет практически все.
— Не думаю. В книгах меч такой белый, что аж глаза слепит. Что-то никто не ослеп пока, — пожал плечами и защелкнул его обратно. — Да и откуда ему взяться у нас?
— Но где-то же он должен быть, — Тора пожала плечами и пробежала по надломанной балке, спрыгнула в черепицу. Эхо разнесло звук вокруг. — Или это очередная ложь.
— Ложь? — Райга остановился в углу, к которому вела лиловая тропа, и принялся осматриваться. Угол как угол, стены как стены, ничего примечательного, если не знать, что где-то рядом должен быть механизм, открывающий ход.
