Скади выбралась из автомобиля, игнорируя протянутую руку агента. Машина стояла на огороженной парковке, с которой имелся спуск к дикому пляжу. На пятачке, заполненном машинами, царила суматоха — всех людей попросили покинуть отведённый под съёмки участок. Но никто не спешил уходить, ожидая прибытия звезды.
Скади подошла к ограждению, чтобы оглядеть пляж с высоты. Она нарочно не оглядывалась по сторонам на парковке, но всё равно привлекла внимание зевак. Многие её узнали, другие недоуменно вопрошали, кто она такая. Но Скади не было до них дела. В работе её интересовали деньги, а не восторженность фанатов.
На пляже, засыпанном крупной галькой и камнями, тоже суетились люди. Возле шатра из полосатой ткани, чем-то напоминающего уменьшенную копию циркового, Скади дожидались знакомые гримёрши и костюмеры. Она помахала им, давая знак, что скоро придёт. Девушки и юноша, заметив её, скрылись в шатре, чтобы подготовиться. Скади они нравились — всегда милые и исполнительные, делали свою работу так, что придраться было нельзя. Фотограф вместе с ассистентами настраивал технику и фон. Их Скади видела впервые, но издалека они оставляли впечатление профессионалов своего дела. Оставалось только проверить их на практике.
Скади бросила взгляд дальше и попала под влияние океана. Лазурная вода, сверкающая в лучах солнца, заворожила её. Волны с шумом разбивались о прибрежные валуны и взметывались вверх, словно стая серебристых рыб. И свежий запах морского бриза ударил ей в ноздри, снова напомнив о Ноатуне.
— Что ж, за дело, — сказала Скади, скорее сама себе и двинулась в сторону лестницы, по которой можно было спуститься на пляж.
Съемка закончилась, когда солнце из жёлтого превратилось в ярко-красное и стало склоняться к горизонту. Скади невероятно вымоталась на жаре, но была довольна собой. Фотограф, с которым ей пришлось работать, был невероятно компетентен и уважительно относился к модели и её нуждам. После окончания работы, дабы побаловать Скади, фотограф предложил ей забраться в воду и сделать несколько снимков лично для неё. Скади была в восторге от предложения, и получила не только дополнительные фотографии, прекрасные в своей естественности, но и возможность искупаться. Перед уходом, фотограф протянул Скади свою визитку, чтобы она могла написать ему на электронную почту и попросить свои снимки. Женщина с радостью приняла визитку. Профессионализм в сочетании с человечностью и любовью к искусству она ценила в тех, с кем работала, превыше всего.
Одно ей было не понятно, как фотограф такой высокой категории согласился исполнить заказ, который звучал как «северная красавица среди аборигенов». Вместе со Скади в фотосессии участвовали трое молодых мужчин африканской внешности. В перерывах Скади поговорила с ними, узнав, что все они начинающие модели, и это их дебют. Журнал-заказчик решил протолкнуть своих протеже за счёт известной модели, а её агенты дали на это добро. Скади не стала вдаваться в подробности, с какой стати крупный журнал стал ими заниматься, и перевела тему на нескрытый расизм проходящей фотосессии. Но парни, казалось, совершенно не понимали, о чём идёт речь. Их больше возмущали частые перерывы по прихоти «примадонны». Поняв, что говорить с ними не о чем, Скади сосредоточилась на работе.
Вернувшись в отель и поднявшись в свой номер, Скади первым делом приняла душ. Она смыла со своей кожи остатки соли, косметики и средства от загара под прохладными водными струями и сразу почувствовала себя бодрой. Выйдя из ванной комнаты в белом банном халате, который был ей слегка маловат, и тапочках, Скади наспех обмотала волосы пушистым полотенцем и набрала номер Фрейи на своём мобильном телефоне.
Фрейя ответила с третьего гудка, что было для неё рекордом. Обычно Скади приходилось ждать три звонка.
— Добрый вечер, дорогуша, как прошли твои съёмки? — бодро спросила женщина на том конце линии.
— Прекрасно, — отозвалась Скади, ложась на мягкую постель. — Если бы ещё агент не действовал мне на нервы.
— Когда ждать твою фотосессию в журнале?
— Уже в следующем месяце, её проплатил «Вог», но я не удивлюсь, если некоторые снимки попадут на сторону чуть позднее.
— Да, твои ребята никогда не упустят возможности подзаработать, — посочувствовала ей Фрейя. — Но, самое главное, чтобы тебя не обделяли.
— На этот счёт я порой не уверена, — сказала Скади, но затем прервала саму себя. — А, к Хель, когда я думаю об этом тошно становится. Как твоя работа?
— Прекрасно, и кстати, ты очень в тему упомянула Хель, — бойко отозвалась Фрейя. — Случилось нечто просто бомбическое. Ты помнишь медицинский центр «Хельхейм», тот, который в Норвегии?
— Как будто есть другой морг с таким названием, — с издёвкой хмыкнула Скади. — Ох уж эти люди со своими странностями.
— Обижаешь, «Хельхейм» не морг, а частное предприятие и лакомый кусочек для всех акционеров. И пусть его хозяйка будет хоть трижды странной. Так вот, некий мистер Локсон, владелец сорока процентов акций «Хельхейма» выставил на рынок аж четвёртую часть своих бумаг! Десять процентов от общего числа!