В тот день Йоханна Ольсндот нашла себе настоящих друзей. Чудесная неожиданность, которой она была обязана жизнью, что другом оказывался практически каждый встречный. Через десять минут после атаки на пирс она очутилась в квартире Ларсндотов на верхнем этаже портняжной лавки на Узкой улице. Бен Ларсндот подобрал Йоханну, когда она пробиралась по боковым проулкам неподалеку от пристани.
– Я стоял впереди. Я видел, как ты выныриваешь из-под штормовых мостков, а потом мир взорвался.
Он поддерживал ее.
– Это что же, тропические имбецилы привезли с собой бомбу?
– Нет. – Она поняла, что едва шепчет слова, которые следовало бы выкрикнуть во весь голос. – Это была… лазерная пушка.
Не важно. Бен застыл как вкопанный:
– Черт побери, даже Невил на такое не пойдет!
– Но ведь пошел, – сказала она.
«История жизни Невила Сторхерта в кратком изложении».
После этого Бен в основном помалкивал, но девушка чувствовала, что он до крайности разъярен. Когда они добрались до квартиры, он остался только сообщить жене о случившемся и сразу же затем вернулся на пирс. Венда искусала губы, слушая рассказ, но отпустила мужа.
– Бен рвется им помочь, – сказала она, переведя взгляд на Йоханну, – а из нас двоих у меня мозги лучше работают, когда речь о политике.
Йоханна без сил растянулась на кушетке под замечательно теплым одеялом. Она с трудом различала силуэты Венды Младшенькой и Сики, сновавших вокруг. Девочки не испугались, но внезапный переполох в доме их насторожил.
– Трезвость политического мышления – то, что мне нужно. Я хочу понять, что тут творится, желательно без лишних жертв.
Венда снабдила ее чистой одеждой, теплой и удобной для неприметной пешей прогулки. За следующие два часа Йоханна узнала, на что в действительности способна семья портных. Ларсндоты за эти годы совсем обжились на Южной Окраине и знали там каждую улочку и каждый лаз. Их паранойя достигла промежуточной стадии: телефоном они не пользовались, но о шпионской автоматике не слишком переживали. Дети, в особенности Младшенькая, хорошо выучили повадки Отрицателей и не раз водили Йоханну кружным путем, убегая от ищеек.
– Мы каждый день в такие прятки играем, – сказала Венда Старшая. – Тут, на Южной Окраине, Отрицателей не слишком привечают. С тех пор как ты пропала, а Равну похитили, все пошло наперекосяк…
Йоханна все еще подволакивала ногу, но и трех конечностей ей вполне хватало.
– Джефри. Что с ним и Амди?
Венда Старшая отвернулась:
– Они оба исчезли в ту самую ночь, когда похитили Равну. Мы… мы о них ничего не знаем, Йо. Ты помнишь, что у них были делишки с Невилом и Ганноном Ёркенрудом. И Ганнон тоже как в воду канул.
Они крались в глубокой тени по узкой улочке между домиками стайного стиля. Их выстроили недавно, после прибытия людей; собственно, почти всю Южную Окраину застраивали уже после высадки Детей на эту планету. Архитектура, впрочем, отвечала средневековым вкусам. Из теней выскользнула стая, за ней еще одна и еще несколько. Йоханна узнала Бэнки впереди и Негодника чуть сзади.
Йо растерялась.
Бэнки был едва ли не ближайшим доверенным лицом Древорезчицы, но…
– Эй, но ведь Негодник…
Венда кивнула и сделала знак, чтоб Йо не задерживалась.
Густой человеческий голос Негодника догнал ее:
– Грхх, да. Теперь, когда Винтозуб исчез, я у Шкуродера первый мальчик на побегушках и оруженосец.
Младшенькая и Сика, не сговариваясь, тихо захихикали. Младшенькая скользнула вперед, к Бэнки. Сика оттянулась назад и пошла вместе с четверкой Негодника. Они несколько раз круто свернули, миновали рынок у Переправы и стали спускаться по склону холма. Вокруг слабо пованивало. Сика попросилась к маме на руки.
Крытые дранкой лачужки сменились каменными постройками высотой два-три этажа. То там, то сям им попадались стаи, но Йо не заметила ни одного человека. Вообще-то, и на рынке было почти пусто, если судить по звукам. Неудивительно.
Еще один поворот – и открылся вид из улочки на паромные доки, которые поднимались из воды от силы метра на два. Протока тонкой серебряной полосой пересекала поле зрения. Обычно у Переправы дежурили один-два парома, еще один в Протоках и еще парочка со стороны материка. Сегодня со стороны Тайного Острова у Протоки не было ни души. Йо поглядела через водную гладь на Скальную Гавань, до которой оставалась пара километров. Там она насчитала все пять паромов.
Бэнки подошел к ней одним элементом:
– Все ваши туда уехали. Многие поперлись на Холм Звездолета слушать, как Невил принесет нам желанный мир.
Бэнки в совершенстве владел самношком, и каждое его слово источало едкий сарказм.
– Но если мы сумеем тебя туда доставить, может, ты что-то противопоставишь его брехне. – Это был Негодник, скучивший себя возле Ларсндотов по левую руку Йоханны.
Йо посмотрела на него:
– Шкуродер и Древорезчица теперь
Бэнки кивнул, но как-то подозрительно:
– Теоретически.
Негодник пылко запротестовал:
– О, разумеется, мы союзники! И были таковыми всегда, пускай даже твоя королева Древорезчица нам не доверяла.
Бэнки фыркнул:
– А с Магнатом и Пронырой кто снюхивался?
