— Массаж — это к нам! — дружно завопили абитуриенты-медики, уже начавшие слегка завидовать юнгам, что те работают, проявляя свои профессиональные навыки, а им, медикам, приходится, как мелким школьникам, только развлекаться.
Поскольку скамейки в грузовом отсеке семнашки слишком узкие, а на решетчатых стланях палубы грузового отсека лежать неудобно, Оссэ разложили на доске её же собственного серфа, и сразу две девчонки: Рина и белобрысая Аннет откуда-то с северного континента Беты — начали массировать ей спину с двух сторон.
Не успели они толком начать этот процесс, как самолёт заложил крутой вираж. Все свободные от дел, включая Карла, прилипли к иллюминаторам.
Самолет закладывал предпосадочный круг над систедом Йоргенсонов. Картина была впечатляющая. Сияющее в закатных лучах штилевое море превратилось во что-то вроде ухоженной фермы. Вот ряды каких-то круглых поплавков, под которыми зеленые полосы вроде грядок, вот какая-то небольшая лодочка загоняет в огороженный бонами загон стадо китов, и над всем этим высится, как феодальный замок, почти квадратная платформа, поднимающаяся из воды на толстых колоннах. Сходство с замком усиливает пара небольших башенок с сигнальными мачтами по углам.
На верхней ее палубе стоят какие-то небольшие летательные аппараты, размечена небольшая взлетная полоса, явно не для семнашки, по бокам на шлюпбалках висят всякие плавсредства, а с одной, похоже, более короткой стороны, в воду до половины опущена огромная, шириной со всю платформу, выкрашенная в оранжевый цвет конструкция вроде бульдозерного отвала, образуя что-то наподобие пляжа.
— Карл, Пит, давайте сюда, машину швартовать, — объявила по громкой связи Лада.
Пит полез на носовую палубу, Карл выбрался через другой люк сзади от пилотской кабины и направился к хвосту. В это время на самолёт упала тень платформы. Карл окинул её взглядом. На четырех огромных, пятиметрового примерно диаметра, колоннах, уходящих в воду, стоял целый замок. Начинался он метрах в пяти над водой, и длина стены была метров пятьдесят. Нижняя его часть представляла собой сплошную бетонную стену с двумя рядами иллюминаторов, выше были два яруса с широкими балконами, а потом верхняя часть платформы, слегка нависавшая над морем.
Под водой, куда уходили колонны, темнели какие-то огромные тени.
Лада подвела машину носом к одной из колонн, и с небольшого балкончика, окружавшего верхнюю часть колонны, Питу подали трос. Потом из-под другой колонны выстрелом из линемета тонкий линь с легостью на конце послали прямо под ноги Карлу. Легость перелетела фюзеляж около самого киля и плюхнулась в воду с другого борта.
— Выбирай! — заорал кто-то с балкончика.
Карл схватился за линь и потащил его к себе, укладывая кольцами на крышу фюзеляжа. Через некоторое время он выволок из воды привязанный к линю синтетический трос сантиметров трех в диаметре, с крюком на конце, и закрепил крюк на кормовом кольце, предназначенном для подъема самолета из воды.
— Закрепил? — спросил тот же голос. И после утвердительного ответа. — Обтягиваю.
Трос натянулся и довольно споро потащил хвост самолета ко второй колонне. Видимо, там стояла достаточном мощная лебедка.
Вот самолет уже стоит точно под краем платформы, растянутый двумя тросами за нос и корму.
Карл вернулся к кабине.
И тут от платформы отделилась лестница и опустилась на нос самолета.
— Парадный трап подали, — прокомментировала Лада.
Пассажиры-подмастерья рванулись вверх по трапу. Вместе с ними Лада отправила Майка и Лючию. А Пит и Карл занялись вытаскиванием серфа Оссэ. К счастью, тащить его по трапу не пришлось — сверху спустили трос небольшого крана, и наверх уехала сначала доска, а потом и парус. Свой ящик Оссэ крану не доверила, потащила его по трапу сама.
— Что там у тебя? — поинтересовалась Лада, поднимаясь следом за ней по трапу.
— Пробы планктона в западном секторе. Весь день собирала.
— А чего ты за этим пошла на серфе, а не на катере?
— Катер — он шумит. А когда идешь изучать естественную жизнь океана, шум мешает. Планктон, конечно, не убежит, но всё же. Можно было б взять швертбот, там ходишь сидя, а не стоя, но он точно так же застрял бы в штиль. Прикинь, как бы мы в ваш самолёт грузили вот это — она показала на стоящий на балконе третьего яруса пятиметровый стеклопластиковый бот.
— А чего-нибудь летающее у вас тут есть?
— Это на верхней палубе. Вот пусть Ниссе вам платформу покажет, а я пока отнесу пробы в лабораторию и приму пресный душ.
Верхняя палуба платформы представляла собой довольно странное зрелище. По двум противоположным углам были расположены небольшие надстройки с антеннами и мачтой для сигнальных флагов. А по диагонали между ними проходила явная взлётная полоса. Правда, длиной всего метров восемьдесят. У подножия одной из надстроек стояла парочка автожиров, около другой — парочка небольших самолетов-амфибий со сложенными крыльями.
— И что, вы с этого взлетаете? — удивленно спросила Лада.
