Однако, дурное предчувствие подсказывало мне, что какой-то сюрприз меня ждёт и Махова совсем не случайно возилась с роботом, пока я скакал по залу, как кенгуру. Я придал себе с помощью ранцевого двигателя новый импульс, рассчитывая обогнуть «сколопендру» сверху, пока та не поднялась на нужную высоту и не набрала скорость. У роботов существовали ограничения на опасное маневрирование в присутствии человека, поэтому я был уверен, что машина не станет меня таранить, однако… расчёт мой не оправдался. Я неправильно оценил опасную близость потолка и влетел в него головой, что называется, со всего размаху. Нет, я не разбил шлем и не повредил голову, но ориентацию в пространстве потерял на секунду-две — этого оказалось вполне достаточно для того, чтобы железная махина приблизилась и охватила своими клешнями мои ноги пониже колен. После чего синим пламенем полыхнуло сопло прижимного двигателя на её спине и мы стали медленно спускаться от потолка к полу.
— Махова, это что за выходки? — я был вне себя от ярости. — Вы направили машину на ревизора «Роскосмоса», находящегося при исполнении служебных обязанностей, совершив тем самым уголовное преступление! Призываю вас остановиться и не усугублять…
— Что там у вас происходит, Маша? — небрежно перебил меня голос Антарёва, имевшего возможность слышать меня.
— Олежка, у нас всё океюшки! — отозвался бодрый голос Маховой. — Тот, кто хуже незваного гостя, надёжно заблокирован и бороться ему придётся до конца своих дней! Я поднимаюсь! Лови меня нежно!
Сказав это, она развернулась и, оттолкнувшись от пола, медленно поплыла в сторону перемычки.
Вокруг меня сгущалась темнота. Пошевелив ногами, я понял, что керамо-металлическое высокоинтеллектуальное членистоногое держит меня нежно, но крепко. Так просто ноги из его захвата освободить не получится. «Сколопендра» ещё пару раз пыхнула своим двигателем и увереннее потащила меня вниз, точнее, к полу, поскольку «низ» и «верх» на маломассивной планете являются понятиями намного более условными, чем даже на станции «Академик Королёв».
Я просто не мог поверить, что всё это происходит со мной и притом в яви. Роботу можно дать команду на удержание человека — опция эта довольно сомнительна, по крайней мере я не до конца понимаю её практическую пользу, но считается, что в опасной обстановке умная машина может подстраховать человека таким вот образом. Видимо, Махова использовала эту функцию, отрубив при этом весь функционал, позволявший машине взаимодействовать со мной. Как именно она это проделала сейчас было уже неважно, мне надлежало каким-то образом освободиться от висевшей на моих ногах гири. Тащить «сколопендру» за собой у меня не получилось бы ни при каких условиях — её двигатели намного мощнее тех, которыми оснащены скафандры космонавтов. На любое моё действие робот тут же ответил бы противодействием, не причиняя при этом мне вреда непосредственно.
Ай да Махова, ай хитрая лиса!
Я наблюдал за тем, как Махова, встав на перемычке, повернулась лицом в мою сторону, взмахнула рукой и произнесла: «Adios, idiota!» Фраза, очевидно, адресовалась мне. не знаю, почему она сказала «Прощай, придурок!» по-испански, был, наверное, в этом какой-то особенно глумливый подтекст, но мне сейчас было не до подтекстов.
Решение пришло само собой, даже удивительно, почему я так долго думал! Запустив левую руку в карман на бедре скафандра, я извлёк пистолет и аккуратно его приставил его к тому месту в передней части «сколопендры», где под мощной керамической бронёй должен был находиться блок искусственного интеллекта. Пару секунд потратил на выбор оптимального для выстрела угла, поскольку не хотел, чтобы отскочивший кусочек керамической защиты повредил мой собственный скафандр. Решив, что точка прицеливания и положение пистолета выбраны правильно, мягко нажал на спуск.
Искра беззвучного электрического разряда показалась мне ослепительно яркой, рука отчётливо дёрнулась от мощной отдачи и, дабы исключить выскальзывание оружия из ладони, фиксатор пистолета плотнее сдавил запястье. Не довольствуясь результатом одного выстрела, я тут же выпустил ещё две пули несколькими сантиметрами выше и ниже первой. Сугубо для того, чтобы гарантированно выключить электрическое чудо. Часть керамической защиты робота разлетелась по сторонам многочисленными осколками, а часть вдавилась внутрь, словно жестяная банка под ударом каблука. Через секунду сквозь одно из проделанных пулями отверстий взметнулся вверх и рассыпался в невесомости на миллион капель фонтан буро-коричневой жидкости — очевидно, мой выстрел повредил кожух с хладагентом. Фонтан, впрочем, тут же иссяк, поскольку давление в нагнетающей магистрали упало, блестящие же тёмные капли продолжили свой феерический разлёт во все стороны. Кое-что попало и на меня, поскольку я находился в непосредственной близости от этого фонтана.
Я аккуратно пошевелил левой ногой и вывел её из неподвижной клешни, через секунду освободил из захвата и правую ногу.
