— Ну, это нас ремитойцы выручили. Они в знак признательности построили на обратной стороне Луны огромный подземный склад и приволокли нам в дар тысяч пятьдесят комплектов "Сделай сам". Вот мы и начали помаленьку варганить себе кораблики каждый на пятьдесят, шестьдесят кают, ведь когда ты собрался вот-вот ласты склеить и тебе, вдруг, дали второй шанс, да, при этом ещё и сказали, что ты можешь стать звёздным путешественником, свалить с Земли с группой, так сказать, товарищей и основать где-нибудь во Вселенной новую колонию, тут уж даже у самого завзятого домоседа в жопе сажа загорится. А тут ещё нам всем стало известно, что человеко-арнисы могут превращать всяких зверушек во вполне приличных людей, как уж тут удержаться от путешествий. — Немного помолчав и не дождавшись от друга вопроса, Изя сам сказал — Ты, конечно, вправе сейчас встать, взять меня за шиворот и гаркнуть: — "А кто же родину будет защищать?", Стос, но я не стану тебе отвечать, что она мне и на хер не нужна, хотя, честно говоря, и родина, и Земля эта, мне действительно и на хер не нужна. Извини, старик, но я собрал команду из ста четырёх таких мужчин и женщин, за которых и жизни не пожалею, а потому у меня есть очень большое желание найти во Вселенной ту планету, которая станет для нас новой родиной и где мы создадим такой мир, за который мне потому не будет стыдно, так что если ты начнешь меня критиковать и всякое такое, то я и тебя пошлю на хер.
Выговорившись, Изя Кац умолк и низко опустил голову. Только теперь Стос понял, почему это Лулу, которая почти три недели назад отбатрачила своё, в последнее время интересовал один только секс и она так упорно отказывалась разговаривать о том, что они будут делать в самом ближайшем будущем. Она, явно, мечтала теперь только о путешествиях и подозревала, что её муж откажется от них наотрез. Что же, если так, то она была полностью права, так как Стос не помышлял ни о чем другом, как о возвращении на Землю.
Его так и подмывало сделать Изе хорошую выволочку и объяснить, что на него была возложена обязанность защищать Землю от внешних врагов, вот только он и сам сомневался в том, а стоит ли это делать. Внезапно для себя, он, вдруг, почувствовал, что ему нужно сейчас находиться не здесь, а на Земле. Стос поднялся из кресла и молча направился к лифту. Его друг поднял голову и посмотрел на него каким-то отрешенным взглядом. Чтобы потом не жалеть о том, что он не попрощался, Стос пожал плечами и сказал:
— Ладно, старик, может быть ещё свидимся. Прощай.
Тот тоже подскочил на ноги и воскликнул:
— Эй, Стос, я же ещё никуда не улетаю!
— Зато я улетаю. — Хмуро буркнул Стос и попросил — Медико, опусти меня на нижнюю палубу.
Выйдя из корабля, он тотчас вызвал Моню и взлетел вверх под самый потолок взлетно-посадочного отсека "Гластрина". Уже на борту своего орбитального челнока он связался с Люстрином, попросил того срочно вызвать Лулуаной и ни с кем не прощаясь покинул огромный космический отель. Ему уже не хотелось присутствовать на самом большом концерте своего сына и вообще находиться на Сиспиле. Хотя Стос ни с кем не говорил на эту тему, он всё же надеялся на то, что уже очень скоро десант землян, отправившихся на эту планету с миссией помощи, вернётся назад и они станут искать способы, как войти в контакт с правительствами крупнейших стран Земли и объяснить им сложившуюся ситуацию, но, похоже, что кроме него это никого не волновало.
Люстрин нагнал Моню только на орбите Эфеланы, пятой планеты звёздной системы Люста. Лулу, едва только её корабль подхватил челнок, сразу же забралась внутрь, села к мужу на колени, заключила его в объятья и стала торопливо рассказывать о том, какие миры она намеревалась посетить в первую очередь. Видимо, она решила, что он только потому решил уйти тихо, по-английски, чтобы отправиться вместе с ней в бесконечное путешествие по всей Вселенной, благо, что у них теперь имелись самые полные навигационные карты. К полному удивлению и даже обиде Лулу Стос, разомкнув её объятья, ссадил девушку с коленей, встал и мрачным голосом сказал даже не ей, а ее кораблю:
— Люстрин, доставь меня в солнечную систему. — После чего, отвернувшись от удивленной Лулуаной, добавил — Если тебе хочется быть звёздной бездельницей, ты можешь лететь куда угодно, а мне всё это космическое дерьмо надоело. Боже мой, какие же вы все засранцы и эгоисты.
Покрутив головой, Стос беззвучно выматерился и пошел собирать свои вещи, которых у него было не так уж и много. Люстрин быстро набрал нужную скорость и ушел в подпространство. Через полчаса он вошел в пространство солнечной системы и поскольку не получил никаких распоряжений, лёг в дрейф в космическом пространстве между Марсом и Юпитером. Пока Стос укладывал в чемодан, не такой уж и большой, своё барахло, его жена, запершись на кухне, вымещала свою злость на посуде, отложив в сторону фарфоровую супницу и мечтая только о том, чтобы расколотить её о голову мужа, а потом, разумеется, помириться, но этому не было суждено случиться.
