— Хм. Никогда не слышал о таких правилах, — сказал Алекс, пока Энди получал злобное удовольствие от жестокой игры своего разбушевавшегося воображения. — А какое правило номер два?
— Правило номер два: «Если ты не диг, никогда не стремись понять дига», — Тайтус потрогал кончик носа. — Я только что выдумал эти правила, Алекс, и сам пронумеровал их.
Алекс начал расставлять шашки для игры с Энди; размечтавшийся вамп очнулся от атомных взрывов, существовавших лишь в его голове, и быстро расположил свою круглоголовую армию на клеточной доске. «По-моему, — думал Алекс, — я знаю привило номер три: никогда не доверяй дигам». Из-за столь глубочайших и тягостнейших раздумий Алекс не понял, почему Энди так покраснел от сдерживаемого смеха и тихонько похихикивает.
— Алекс, — вкрадчиво сказал этот белокурый ангелок из самих глубин Преисподней, — спорим на пирожок, что в данной позиции нам гарантирована ничья?
Алекс подозрительно осмотрел доску, пересчитал шашечные армии, которые не сделали ещё ни хода, заглянул под стол и под диван.
— Спорим? — прямо-таки давился смехом Энди.
— Ну, давай, — буркнул Алекс.
— Ходи тогда.
Алекс двинул вперёд и влево центральную шашку, и тут Энди от хохота свалился под столик. Алекс недоумённо взирал на него, потом опустил взгляд на доску и только тут увидел, почему так веселится его друг: чёрные шашки все, как один, стояли на белых полях, и, следовательно, обе армии были недоступны друг для друга, как будто бы они находились в двух разных измерениях.
— М-да, — сказал Алекс. — Хе-хе.
Общими стараниями вампов чёрные шашки вернулись в нормальное измерение, и Энди сделал первый ход. Тайтус резво вскочил с кресла, в котором сидел.
— Где-то у меня был почти свежий бублик, — и он опять оставил их наедине.
— Ты ему доверяешь? — наклонился к уху Энди всё не успокаивающийся Алекс.
Но тут вернулся Тайтус, руки его были пусты.
— Увы, бублик сожрал мой брат, — развёл он руками.
— Твой брат… он диг? — поднял глаза от доски Энди.
— Он трайкер, — резко ответил Тайтус.
Энди походил и посмотрел на друга-вампа:
— Прости меня, Алекс, ты что-то спросил?
— Я спросил, почему именно мы должны совершить это непотребное дело? — нашёлся Алекс.
— А почему вы начали говорить антиправительственные речи в присутствии агента Пончика? Тем паче, у вас более чем подходящие вамповские особенности организма для этого дела, — спокойно пояснил Тайтус. — Итак, ваш ответ?
— Нет, — сказал Энди.
— Да, — сказал Алекс.
Назревал локальный конфликт, но Энди сразу же подумал, что гражданская война может произойти и в случае насильственной смерти трёх государственных учёных, и поправился:
— Да, мы убьём их.
А мрачный Алекс уже предвкушал фонтаны горячей крови, их безумный и столь сладостный для его очей цвет. Возможно, это милое заданьице даст пищу его зловещей музе и таким образом будут написаны новые главы его произведения в стиле фантазм «Властелин кактусов». Но природная подозрительность, или как называл её сам вамп — предусмотрительность, не уснула окончательно, и потому Алекс спросил:
— Хорошо, мы превратим их в гниющие трупы, а ты-то что будешь делать, Тайтус?
— Информация, — ответ дига был краток в такой степени, в какой были обширны сведения, которыми он завалил вампов в течение следующих минут.
Профессор Хайделл — безусловный лидер этой сверхнаучной троицы. Высочайший специалист в области сверхпроводников, за свои достижения получил Государственную премию, которую израсходовал на покупку автомобиля с антигравитационным шасси. Относительно его личной жизни у дига было мало сведений, но все знали, что Хайделл в значительной степени любвеобилен в отношении хорошеньких студенток. Профессор читал несколько циклов лекций в Университете, один из которых вампы даже прослушали (но если бы они этого не сделали, то ничего бы не потеряли).
Оливер Кроули — «руки» Хайделла, воплотитель его гениальных идей «в металле». Несколько лет назад он работал в закрытой лаборатории, но за неумеренное пьянство это блестящий робототехник и компьютерщик был переведён в Университет, где кое-как сработался с Хайделлом.
(Кстати, о компьютерах: вампы смутно представляли себе этот аппарат, так как электронных вычислительных машин было мало, с каждым годом их выпускали всё меньше, а работали они всё хуже. Даже в таком крупном Университете компьютеров было несколько десятков, а доступ к ним имели лишь посвящённые).
Профессор Шварцхельм — один из лучших в Республике теоретиков в области физикоматематики. Весьма оторванный от жизни человек, Шварцхельм также преподавал в Университете, а, кроме того, занимался теоретическим обоснованием новаторских идей профессора Хайделла.
Главная задача — убрать всех троих, желательно разными способами и через какой-то промежуток времени, чтобы не было видно никакой взаимосвязи.
— Конец информации, — сказал Тайтус.
