— Алекс, Энди, — сказал Джадж на прощание. — Если хотите побыстрее поживиться чем-нибудь, покрутитесь около ресторана «Джеймон». Сегодня ночью в подвале ресторана, где расположено казино, идёт показ мод, вернее, показ молодых красивых тел различной степени обнажённости, так сказать. Желаю удачи!
Вампы последовали совету, и вскоре в их руках было обмякшее от сильного удара тело симпатичной девушки.
После того, как вампы утолили свои низменные страсти в виде литра обжигающей, пульсирующей крови, за что они даже испытывали своеобразную благодарность к своей бессознательной жертве, Алекс и Энди вернулись к ресторану и усадили девушку на скамейку неподалёку. Перед тем как исчезнуть, растворившись в ночи, вампы успели услышать беззвучный рёв антигравитационных двигателей — служба порядка решила устроить облаву в эту мерзкую ночь, и именно в районе ресторана «Джеймон»; видимо, людей, подобных Сони Скевинджеру, было великое множество.
— Как ты думаешь, Энди, есть ли среди наших ближайших друзей стукачи? — спросил Алекс, когда они подошли к склону горы, самому безлюдному району в центре города; поблизости находилось здание психиатрической клиники, один этаж которого был занят общественным крематорием; туда отправлялись те сумасшедшие, которые не были чувствительны к лекарствам даже в смертельных дозах, но которых выпускать в город было крайне опасно, то ли из-за их неутолимой жажды убийств и разрушений, то ли из-за нелояльного отношения к правительственным структурам. Тихих, безобидных безумцев чуть ли не из-под палки выгоняли на улицы в город просить подаяние, после чего мускулистые горообразные санитары выкручивали им руки из-за нескольких жалких монеток.
Энди глубоко задумался, а потому попросил Алекса повторить вопрос. Выслушав друга, он ответил:
— Конечно, есть. Только это человек, наименее подходящий для этой роли. Тот, о ком никто никогда бы не подумал, — добавил он спустя некоторое время. — Кстати, в секретном руководстве для стукачей рекомендуется поднимать вопрос о паршивой овце самому, чтобы отвести от себя подозрения.
Подобные руководства бесплатно раздавались в любом деканате Университета. К слову сказать, Энди порой прихватывал одну-две брошюры, ибо подобные инструкции по неведомым причинам печатались на мягкой и приятной на ощупь бумаге.
— Ох, не зря ты вспомнил это руководство, не зря! — Алекс захихикал.
— Упоминал бы я эти книжонки, если бы был замешан в доносах? — Энди непритворно оскорбился в самых лучших чувствах.
— Если не ошибаюсь, там же руководстве сказано, что если в компании начинают выяснять, кто стукач, то нужно скорее упомянуть данное руководство, дабы не подумали, что ты изучил его втайне.
— А ещё там сказано, что нужно, если начались поиски стукачей, всех запутывать и обвинять кого попало, чтобы все запутались, все подозревали всех, а потом пришли к выводу, что стукачей нет! — сказал Энди, на том разговор и заглох.
Они поднялись по широкой, некогда бывшей белой окраски лестнице, она была построена ещё до Всемирного Конфликта. Любой диг обходил её подальше из-за повышенного радиоактивного излучения в несколько сотен стандартных единиц, но вампам на это дело было глубоко наплевать. Им предстояло взойти по ещё одной лестнице, на этот раз узкой, без перил, поднимающейся под большим углом на два десятка метров в окружении жухлой, обгоревшей растительности погребального цвета. По этой лестнице медленно, но отнюдь не тяжело, перемещалась вверх по ступенькам щупленькая девичья фигурка в чёрных джинсах и скрывающей формы тела огромной куртке, тёплый ветерок трепал её коротко стриженные волосы. Похоже, колесо фортуны решило повернуться к двум несчастным вампам светлым боком на всю ночь; красноречиво смолчав, кровососы решили воспользоваться подарком судьбы ещё раз и начали быстро, перепрыгивая за раз по несколько ступенек, приближаться к девушке.
Когда после профессионального, годами отработанного удара, лёгкое тело повисло на их руках, послышался легчайший шум, доступый только слуху вампов. Алекс и Энди одновременно подняли головы и увидели тонкий алый лучик, прочертивший тёмное небо. На самой верхней ступеньке появилась грозная фигура в белом балахоне и боевым разрядником в руках…
Чистильщик ещё не заметил их из-за своего слабого, не приспособленного к ночной жизни зрения, и рубиновый лучик беспомощно метался из стороны в сторону.
— Быстро! — прошипел Энди, и, подхватив бессознательное тело, они с поразительной скоростью метнулись вниз по лестнице. Спустившись, они затаились за каменным парапетом, опоясывающим гору. Им повезло — Чистый Брат поводил немного прицелом разрядника по склону и скрылся с их поля зрения.
Механизм на башне городского муниципалитета проснулся и, скрипя всеми шестерёнками, возродил к жизни тяжёлый колокол. Удар колокола был одним-единственным, как круглый сирота, и потому быстро потух в бесконечном пространстве ночи.
