Дети тьмы полностью

— Оставайся с мальчиком, — сказал он Хаббарду, который быстро кивнул, пожалуй радуясь, что Флинн и Вуд сами справятся с ситуацией. Хаббард подтянул меня к себе, но сначала достал собственный пистолет, полную противоположность оружию Флинна и Вуда. Его пушка смотрелась как реквизит для фильма с Клинтом Иствудом, и, хотя ее размеры должны были меня успокоить, то, как коп нервничал, напугало меня до чертиков. Казалось, его пистолет способен прострелить бетонную стену.

— Может, вернемся? — спросил я Хаббарда и сразу же пожалел об этом. Это прозвучало еще более жалко, чем в моей голове. Хаббард не обратил внимания. Он вглядывался в лес — в проплешину, черневшую даже на фоне зарослей.

— Возьми мобильник, — сказал он. Видимо забыв обо мне, он двинулся к тенистому месту. Несколько огромных выкорчеванных деревьев обрамляли темный туннель, пышные ветви скрывали его от глаз. Я не мог избавиться от ощущения, что это какой-то вход. Я не бродил в этой части Лощины уже несколько месяцев, а когда бывал здесь, не замечал ничего похожего. Но теперь деревья, ветви, камни, земля... все выглядело как-то...

...искусственно.

Да, казалось, что все подготовили. С новым приливом тревоги я понял, что Хаббард стоит на полпути между мной и темной поляной, но не решился его позвать.

— Помогите! — раздался голос у нас за спиной. Развернувшись, мы обнаружили Флинна и Вуда, спускающихся с холма. Они что-то несли, что-то безжизненное.

Эрика Блэйдса.

Вместо самоуверенного, наглого придурка, каким он был сегодня, я видел контуженного солдата на пути в лазарет. Эрик больше не визжал, но, по-видимому, не понимал, где находится.

Они осторожно положили Эрика на палые листья и стали его осматривать.

Хаббард изумленно глядел на них.

— Почему вы перенесли его?

Вуд и Флинн переглянулись.

— Хочешь сказать ему? — спросил Вуд.

— Не особо, — ответил Флинн.

Вуд оттянул веко Эрика. Флинн сжал его запястье, проверяя пульс. На мой взгляд, Эрик выглядел так, словно словил передоз, и это бы меня не удивило. Если не учитывать здоровую дыру спереди его черной майки, он вроде не пострадал.

Я подумал, что Хаббард задаст свой вопрос еще раз, но понял, что ему не давало покоя что-то еще. Он обернулся и вглядывался в темную проплешину на восточном краю поляны.

— Парни, я не знаю... — вполголоса начал Хаббард.

— Что ты об этом думаешь? — спросил Флинн.

Я подошел поближе и увидел, на что смотрит Вуд. Сначала взглянув на дыру на майке Эрика, я подумал, что он чего-то испугался, бросился бежать и напоролся на ветку... Но, присмотревшись, я понял, что все куда хуже.

Рана на его торсе была по меньшей мере длиной в дюйм. Я видел белесые и розоватые мышцы в луже пенящейся крови. Длинная и ужасная, она выглядела слишком... аккуратной. В моей голове всплыло слово порез, как бы безумно это ни звучало.

Я не сразу подумал о том, что нанесло этот порез. На это потребовалось еще полминуты.

По крайней мере, я так думал. Слишком многое случилось потом, и мне трудно определить точнее. Я помню, что Хаббард остался на прежнем месте, вместо того чтобы присоединиться к Флинну и Вуду. Словно молодой коп стоял на страже. Я помню, как стонал Эрик, его голова металась по влажному перегною, а Флинн пытался его успокоить. Я помню, как Вуд хмурился, глядя на рану длиной в фут на груди у Эрика, помню, как он достал мобильник и выругался, обнаружив, что сигнала нет.

Но отчетливее всего я помню ощущение чужого взгляда.

Как и раньше, когда Курт и его дружки меня мучали, я чувствовал, что за нами наблюдает чуждый разум, что-то враждебное и — не могу подобрать лучшего слова — голодное.

— Детектив Вуд? — сказал я.

Скривившись, Вуд убрал телефон в карман.

— Что, парень?

— Думаю, нам надо выбираться из леса.

Он все еще смотрел на Эрика Блэйдса.

— Мы пойдем. Через минуту.

— Нет. Сейчас. Нужно уходить сейчас.

Вуд посмотрел на Флинна.

— Парнишка тоже это чувствует.

Флинн наградил меня странной, кривой ухмылкой.

— Здесь есть еще кто-то, да?

— Вот почему мы оттуда ушли, — сказал мне Вуд. — Обнаружили парня на поляне. Его словно оставили как приманку.

— Словно что-то хотело наброситься на нас, — согласился Флинн.

Я огляделся. Стрекот цикад, оглушавший еще несколько минут назад, стих. В лесу воцарилась неестественная тишина, будто он задержал дыхание, предчувствуя что-то страшное.

Вуд провел пальцами вдоль раны Эрика, видимо оценивая повреждение.

— Пойдемте уже, — сказал я.

Вуд и Флинн снова переглянулись. Флинн сказал:

— Может, он прав, а?

— Ага, — тихо ответил Вуд.

— А ты что думаешь, Хаббард? — спросил Флинн, вставая. — Ты готов... эй, Хаббард, ты куда?

Я обернулся и увидел, что Хаббард шагнул к тенистому туннелю. Я не мог избавиться от ощущения, что его приготовили специально, чтобы заманивать людей. Мне не хотелось думать, что за твари приложили к этому руку, но, когда Хаббарда поглотили тени, я услышал в голове голос Барли.

Индейцы зовут их Детьми. Они живут под землей.

Могли ли ветви, к которым крался Хаббард, быть входом в подземный туннель?