– Не выйдет, Кристобаль. Пусть Эсме меня поправит, если нужно, но, по-моему, все те, кого она спасала, были смертельно раненными, а не мертвыми. Покойника воскресить… это ведь как в той сказке про рукодельницу с острова Террион, разве нет? Только в обмен на жизнь целителя, да и то без гарантий.
Лоб Эсме прорезала глубокая морщина, но что-нибудь сказать в ответ на слова крылана она не пожелала, словно происходящее ей было безразлично. Крейн тоже удивил Джа-Джинни – он вовсе не выглядел обескураженным, словно услышал именно то, чего ожидал.
– Я об этом успел подумать. Видишь ли, Ролану достаточно будет оказаться очень близко к смерти, но не умирать. Связующая нить истончится, а уж дальше я позабочусь о том, чтобы незаметно снять петлю.
– Почему бы ее просто не оборвать? – Умберто перебил капитана, и крылану вдруг показалось, что молодой моряк выглядит странно. Он что… пьяный? – С-сам же говорил, что Эрдан…
Крейн помрачнел:
– Единожды разорванная нить уже никогда не восстановится. Думаю, нашего друга такой вариант не устроит.
– Да я лучше сдохну по-настоящему, – пробормотал Ролан чуть слышно и, помедлив, прибавил громким, чуть дрожащим голосом: – Вы простите меня, дурака. Я просил о помощи, но раз все так сложно, то лучше мне уйти и все забыть…
– Нет, – тотчас же возразил Крейн. – Я обещал, что помогу.
«…Иначе, малый, лежать тебе на глубине с камнем на шее», – мысленно закончил крылан.
– Так вы поняли меня? – продолжил свою мысль магус. – Не смерть, но близкое к ней состояние. Идеи?
– Ну что ж… – Джа-Джинни тяжело вздохнул, пожал плечами и крыльями. – Чего далеко ходить? Есть пример Кузнечика. Горло перерезать, а дальше уж Эсме возьмется за дело.
– Слишком грязно, – Крейн сморщил нос. – Хаген?
Чуть помедлив, оборотень сказал:
– Я бы предложил яд, но достать его здесь, не вызвав ничьих подозрений, очень трудно… или вовсе невозможно. Можно добыть самим – на том мелководье, где вы сегодня побывали, должны водиться кое-какие ядовитые рыбы. Но надо будет сделать противоядие, а это займет много времени… – он замолчал, давая капитану возможность подытожить:
– Времени, которого у нас нет. Впрочем, этот способ мне нравится немного больше… может, он подойдет.
– А давайте мы его утопим! – глумливо произнес Умберто. Глаза у него лихорадочно блестели. – Дешево, быстро и чисто. Идет?
Ролан вздрогнул всем телом; Крейн медленно повернулся к помощнику. Джа-Джинни показалось, что сейчас и впрямь кого-то убьют, только вовсе не бедолагу рыбака. Это почувствовали все – Хаген даже протянул руку к плечу капитана, но отдернул ее, обжегшись; сам же Умберто глядел на магуса дерзко, почти вызывающе. Он точно был нетрезв.
– Прекратите, – раздался негромкий голос Эсме, и крылану почудилось, что в нем сквозит презрение. – У меня есть способ, который понравится всем, и я справлюсь сама. Ждите, я скоро.
Она и впрямь вернулась очень быстро, неся в руке хорошо знакомый всем флакон с красным зельем. Пока целительница отсутствовала, никто из мужчин не проронил ни слова, но зато они успели о многом подумать: Джа-Джинни понял, что Эсме лишь казалась равнодушной, а на самом деле размышляла и готовилась… к чему? Разве может целитель причинять вред? «Может, – сказал он сам себе. – И ты видел это, когда Пьетро сломал ногу». По лицу Хагена было понятно, что пересмешнику тоже что-то известно, а Крейн и вовсе не выглядел удивленным – он знал? Все рассчитал? Вполне возможно…
– Ложись куда-нибудь, Ролан, – сказала Эсме, едва переступив порог каюты. – Хоть на пол… но лучше на стол.
Голос ее звучал сухо, по-деловому.
– Не собираешься объяснить, что ты хочешь делать? – не сдержавшись, спросил Джа-Джинни и невольно вздрогнул, когда целительница посмотрела на него: у нее оказался совершенно пустой взгляд, словно красное снадобье уже было выпито до дна.
– Остановлю его сердце, – проговорила она. – Потом заставлю вновь забиться. Это… э-э… мне по силам
– Ты не должна этого делать! – Умберто ринулся к девушке, схватил ее за руку, но с тем же успехом он мог бы обращаться к деревянной кукле. – Не надо!
– Он просил о помощи, – сказала Эсме все тем же безжизненным голосом. – Мой долг… – не договорив, она тяжело вздохнула и открыла флакон. – Твое здоровье, Ролан. Будет больно, но зато ты освободишься, обещаю.
– Спасибо, – хриплым шепотом ответил парнишка, не сводя с целительницы немигающего взгляда.
Когда Эсме опустила ладони на грудь Ролана, зрение и слух странным образом подвели Джа-Джинни: он перестал видеть что-либо, кроме двух потоков силы, черного и золотого. Тишина, установившаяся в каюте, вдруг наполнилась звуками – шорохами, шепотами и даже отголосками жутковатой музыки, предназначенной не для людей или магусов и уж точно не для крыланов. «Это все „Невеста“! – понял он внезапно. – С ней что-то происходит!» Но что бы там ни происходило с «Невестой ветра», остановить Эсме сейчас сумели бы лишь Великий Шторм вместе с Эльгой-Заступницей, а простым смертным оставалось ждать.
