Именно характер этого диалога не давал Бьянке покоя. Она размышляла над опосредованным опытом тех, кто были раньше, ощущала их далекую убежденность в том, что странный голос, который они слышали, принадлежит какому-то разуму, и этот разум глубоко заинтересован в развитии ее вида, нацелен на общение и имеет какие-то более широкие намерения. Эти выводы представляются неоспоримыми. На основе полученных Пониманий Бьянка также убеждается в том, что ее предки также построили целый ряд убеждений, которые при взгляде назад выглядят не столь достоверными. Многие поверили, что Посланник также ответственна за само их существование, и сама Посланник активно эту веру подпитывала. Более того, они верили, что Посланника волнует их процветание и что тот план, которому они следуют так старательно (и позднее с такими затратами), когда они его поймут, принесет им огромную пользу.
Бьянка обдумала все это и обнаружила, что факты, которые бы это подтверждали, отсутствуют. Она знает, что многие представители ее вида по-прежнему привязаны к Храму и вере в то, что Посланник каким-то образом о них заботится, хоть эта вера и стала лишь слабой тенью того фанатизма, который когда-то существовал. Ввиду этого она высказала свои выводы относительно тактично, однако дала ясно понять, что традиционный, устаревший взгляд на Посланника как на представителя их вида, только в большем масштабе – как на какого-то великого паука в небе – нелеп.
Она не может спорить с тем, что Посланник – это сущность с огромным интеллектом. Возможно, этот интеллект превосходит их собственный, но об этом судить трудно, потому что она может только прийти к заключению, что этот интеллект очень отличается от ее собственного. Посланник явно считает само собой разумеющимся очень многое из того, что Бьянка, как бы она ни напрягала свой разум, понять не может. И наоборот, очень многое из того, что говорилось Посланнику, явно было либо неправильно понято Богом, либо встречено полным непониманием. Некоторые понятия, очевидные даже самому невежественному паучонку, явно ускользают от Посланника.
И все это, конечно, происходит при существовании общего языка, с огромным трудом созданного на обоих концах радиоволны. Следовательно, Бьянка не первая считает, что Посланник отнюдь не всевидяща и всезнающа. Ей приходится нащупывать путь, приходится искать понимание – и очень часто безуспешно.
Особо мало понимания обнаруживается в основных вопросах повседневности. Посланник явно не в курсе большей части событий, которые происходят на планете, вокруг которой пролегает ее орбита. Более того: описательные средства обычно не срабатывают. Сущность способна довольно примитивно воспринимать визуальные описания, однако любой язык, окрашенный богатым сенсориумом паука – осязанием, вкусом, – при переводе теряется. Наиболее легко передаются цифры, расчеты, уравнения: арифметика и физика.
Бьянка знакома с подобным общением по другим источникам. В океане процветает цивилизация ракообразных, с которой ее вид время от времени контактирует. Со временем был выработан примитивный язык жестов, а подводное государство ротоногих пережило собственные драмы и кризисы, перевороты, путчи и революции. Теперь у них имеются радио и собственные ученые, хотя их технологии ограничены окружающей их средой и их слабой способностью управлять этой средой. Они совершенно чужды друг другу, не только из-за их водного образа жизни, но из-за их приоритетов и понятий. Единственное, что Бьянка может свободно с ними обсуждать, – это математика, к которой ротоногие питают истинную страсть.
Много лет она потратила на то, чтобы усовершенствовать и развить сложную архитектуру муравьиных колоний, создавая инструмент, необходимый для ее революционных экспериментов. Самые сложные системы, такие как саморегулирующаяся колония, управляющая полетом на Небесном Гнезде, основаны почти исключительно на принципах математики, и их химическая архитектура способна воспринимать числовую информацию и действовать на ее основе, вплоть до выполнения сложных расчетов, проводящихся внутри муравьиного организма и в нейронах отдельных муравьев.
Бьянку не оставляет мысль о теоретическом сходстве между Посланником и такой муравьиной колонией, которая стала достаточно продвинутой и сложной. Не будет ли коммуникация с обеими ощущаться одинаково?
