Дети Вудстока полностью

— Ну… ладно, давай. В конце концов он помогал тебе, пока я…

Он не договорил: девушка мягко зажала ему рот ладонью.

— Спасибо, Лью. — Отняв руку, Флоренс нежно его поцеловала. — Я люблю тебя.

Парень улыбнулся — как-то робко, неверяще. На языке вертелся вопрос, но после этих слов он так и не решился его задать.

Стюарт же продолжал не отрываясь смотреть на сцену, и в голове у него медленно прокручивались картины недавнего прошлого, всплывали обрывки фраз и речей, прочитанных им в газетах и услышанных из телевизора, на выступлениях, демонстрациях…

… Есть у меня мечта: однажды страна наша, осознав истинный смысл своей веры, станет его воплощением… Есть у меня мечта: однажды на багровых холмах Джорджии потомки бывших рабов смогут разделить трапезу братства с потомками бывших рабовладельцев… Есть у меня мечта: однажды там, в Алабаме, штате жестоких расистов…чернокожие мальчишки и девчонки возьмутся за руки с белыми мальчишками и девчонками, словно братья и сестры… Есть сегодня у меня мечта…

…Президент Джонсон дал понять, что ФБР следит за всеми антивоенными выступлениями…

… Я слышу зов своего поколения, но сказать мне ему нечего…

… На сцене я занимаюсь любовью с тысячами человек, а потом иду домой и засыпаю в одиночестве…

… Послушайте! Я не говорю ни о какой революции. Я не говорю ни о каких демонстрациях. Я говорю лишь о веселье. Я говорю о любви…

… Принесите мне их головы!..

…Они сидели втроём недалеко от выложенного из пластиковых бутылок и банок «пацифика» посреди загаженного поля, по которому ходили кучки добровольцев и собирали в пакеты весь мусор, оставшийся после трёхдневного праздника. Немногочисленные оставшиеся — несколько тысяч — толпились возле сцены, рискуя получить звуковые ожоги. А в это время под рукой злого (или, может, чересчур правдивого?) чернокожего волшебника «Звёздно-полосатый флаг» незаметно превратился в «Лиловый туман»:

Стюарт плюхнулся на мягкое кресло, засунул дорожную сумку под ноги, откинулся на спинку и с облегчением прикрыл глаза. Всё! Ещё какой-то час — и он дома, там, где — мягкая постель с чистыми, свежими простынями, тёплые запахи из кухни, праздничный ужин с родными, своя — своя, чёрт побери!!! — комната, монотонно гудящий телевизор, вид из окна, знакомый с детства… Там, где не надо ни спешить, ни прятаться, ни бояться, где не надо видеть всюду врагов… Как же долго он не был дома! Как же он соскучился по такому простому, но милому личному богатству, ощущающемуся уже здесь, в общем междугороднем автобусе… «Хорошо-то как!» — Стюарт вытянул вперёд ноги.