Стюарт ускоряет шаг, намереваясь быстро и бесшумно, словно на зачистке, дойти до девушки. Ему это почти удаётся — она стоит спиной к нему и, кажется, не может слышать мягких тихих шагов. Стюарт протягивает руку, намереваясь тронуть её за плечо, но девушка тут же — случайно? специально? — соскальзывает в воду — не прыгает, а именно соскальзывает, бесшумно, словно змея. «Как у неё это получилось?» — Стюарт поражён: люди, обладающие материальным телом, так не могут, и девушка — если она только человек, а не Дева Озера или дух одной из тех, что здесь купались тридцать лет назад, — тоже бы так не сумела, будь она хоть олимпийской чемпионкой по плаванию. Но это случилось, и он стоит в недоумении, соображая — а не толкнул ли он её случайно, не заметив? Но ладонь не помнит прикосновения к телу, не помнит тепла обнажённого плеча…
Она выныривает примерно в метре от него и в полной тишине плывёт к берегу. Стюарт не слышит даже плеска, но видит взмахи рук и разбегающиеся от их ударов по воде маленькие волны-барашки. Он спешит ей наперерез, но девушка уже на берегу и легко, невесомо бежит в сторону дороги, огибая преследователя по дуге. Стюарт сворачивает и бежит параллельно ей, одновременно сближаясь. Девушка и впрямь похожа на призрак — Стюарт может поклясться, что она не касается ногами земли, а свет, неведомо откуда в ней берущийся, освещает собой всё больше и больше, так что кажется, что это бежит не девушка, а луна. Стюарт хочет окликнуть её, но не может. Он шарит рукой по поясу и нащупывает пистолет («пистолет? откуда? разве я его привёз с собой? Ах, точно, нам же выдал оружие этот ублюдок, когда нанимал нас… А патроны? Патроны там холостые? А впрочем, какая разница? Я ж ведь не в неё буду стрелять, а только вверх. Да и стрелять не буду, я ж не в Космете. Это привычка… просто привычка…»).
Странно — он не может догнать девушку. А бегает он быстро — Стюарт чувствует, как в ушах отдаётся эхо от собственного тяжёлого топота, и ему кажется, что в мире, кроме этого звука, больше ничего нет. Он вытаскивает пистолет из кобуры — «Магнум?» Зачем? Для какой-то несчастной охраны несчастного заброшенного поля?.. — поднимает в воздух, кричит «Стой» (но слов по-прежнему не слышно) и стреляет…
