Дети земли и неба полностью

– Да, – согласилась Ката Матко. Она повернулась к Данице. Румянец все еще горел на ее щеках. – Я была бы рада, если бы вы могли пойти вместе с нами.

– Разбойница из Сеньяна?

– Да.

– За платьем? – Даница улыбнулась, но опять подумала: «Вот смелая девушка».

Ката Матко улыбнулась в ответ.

– Ну, тогда в качестве нашей телохранительницы, если не хотите подчеркнуть свою красоту.

Она не собиралась обсуждать этот вопрос здесь.

Они вернулись назад к матери и старшей сестре, любопытство которых было до смешного очевидным, как и всех остальных вокруг них. Рот одной из женщин был даже широко открыт. «Стрекоз ловит», – обычно говорила в таких случаях ее мать.

Ката и Леонора сделали друг другу безупречный реверанс. Даница поклонилась. И матери Каты тоже, повинуясь какому-то порыву. Она усиленно соображала.

– Это было хорошо сделано, – ворчливо произнес дед.

– Это начало. Как ты считаешь, что они сделают?

– Нам надо увидеть палату заседаний Совета. Тебе не позволят взять с собой лук.

– Я могу попытаться.

Как и ожидал Марин, Даницу Градек не впустили внутрь с оружием. Она из Сеньяна, враг республики, по какой бы причине она здесь ни оказалась.

Пока они приближались к дворцу, она коротко переговорила с ним и с Драго.

– Если я не смогу оставить при себе лук и колчан, мне нужно, чтобы они были недалеко от меня. Вполне вероятно, возникнут неприятности.

– Конечно, они уже есть, – пробормотал Драго. – Иначе почему бы мы оказались здесь?

– Нет, послушайте меня! Капитан, прошу вас, предложите стражникам оставить мой лук у вас, а потом держитесь недалеко от меня и… и также возле господара Дживо. Возможно, речь идет не обо мне.

Это было неожиданно, но больше она ничего не успела сказать. Их окружили люди, входящие в палату; их уединение закончилось.

Марину необходимо сосредоточиться на том, что он скажет. Он видит, что его отец и брат уже в зале. Отец никогда не опаздывает на заседание Совета.

– Я – телохранитель семьи Дживо, – говорит Даница стражнику у двери. Во дворце Правителя гордятся новыми бронзовыми дверьми. На них рельефные изображения жизни Святых великомучеников, сделанные художником из Родиаса, которому очень щедро заплатили.

– В палате есть телохранители, – отвечает стоящий у двери стражник. Он здесь старший, одет в темно-зеленую ливрею служителей дворца Правителя. Он говорит учтиво, но не собирается уступать в этом вопросе. Охранник смотрит на Драго.

Тот непринужденно говорит:

– Она здесь по своей воле, Евич.

– Может быть, у нее на то свои причины, – говорит стражник, по-прежнему вежливо. – Оружие здесь запрещено. В том числе и пес.

Даница Градек кивает головой. Она что-то говорит псу, положив руку ему на голову. Пес послушно отходит в тень у входа. Он поразительно выдрессирован и невероятно огромен. Это оружие, даже если кто-то так не считает.

Драго поворачивается к Данице:

– Госпарко, у этого стражника есть свои обязанности, и только люди, имеющие разрешение, носят здесь оружие, даже церемониальное. Я сам подержу ваше оружие. Вы получите его обратно.

– Если меня отпустят, а не прикажут повесить, – отвечает женщина. Она отдает свой лук и колчан капитану Марина. Стражник несколько секунд колеблется, потом кивает Драго.

– Кинжал? – спрашивает стражник по имени Евич. Он выполняет свои обязанности. В его голосе нет злобы.

Даница вынимает кинжал из-за пояса и тоже отдает его Драго. Коротко улыбается стражнику.

– У меня в сапоге еще один, – она наклоняется и вынимает еще один кинжал, с тонким лезвием и тонкой рукояткой. Драго и его берет.

– Вы, сеньянцы, всегда наготове, – произносит Евич. Кажется, он вот-вот улыбнется ей в ответ.

– У нас небольшой выбор, – отвечает Даница.

Марин видит в глазах мужчины уважение. Это его удивляет. Евич отступает в сторону. Они входят. Пес следит за ними, лежа в тени снаружи.

В это утро на заседании присутствуют шестьдесят пять членов Совета Правителя. Их должно было быть шестьдесят шесть, но один недавно умер, и его еще не заменили. Замена советника – непростой процесс, в прошлом из-за него возникали стычки, вражда, даже гибли люди.

Существуют и другие советы и комитеты, управляющие Дубравой, менее многочисленные группы для принятия повседневных решений. В городе-государстве приходится принимать много решений, по самым разным поводам, например – организация карантина для приезжих в целях предотвращения эпидемий чумы, необходимость реагировать на сведения или требования из Ашариаса, или планирование повторного брака богатой вдовы, чтобы ее имущество осталось в кругу благородных семейств.