Уходя, я пыталась убедить себя в том, что это вовсе не побег. Что переборов себя единожды, я смогу повторить «подвиг» и дважды, и трижды, и сто раз, пока не привыкну окончательно. В том, что я привыкну, я не сомневалась. А вот в том, что когда-нибудь смогу распознать вспышку удовольствия в сплетении страха и отвращения, — да.
Но брат, позвонивший мне на следующий день, лишил меня всякого оптимизма.
Его голос звучал так подозрительно воодушевленно, сообщая об исключительной положительности его настроя. Случилось что-то хорошее?
— Как ты могла забыть? — проворчал Индра недовольно. — В этот день два года назад я сделал тебе предложение.
Так вот как теперь называется то недоразумение, которое случилось с нами в кабинете Иберии, а после — в коридоре? И… прошло уже два года? Беспощадность времени в очередной раз обескураживала.
— Я верю, что ты уже смирилась со своей «участью».
— Да-а… — протянула я, сглатывая. — В конце концов, по сравнению с тем, что мне уже пришлось пережить, это пустяковая задача…
Проклятье. Это прозвучало слишком оскорбительно, потому я неуклюже попыталась обратить всё в шутку.
— В смысле… чёрт, Индра, быть твоей женой — трудная работенка, так ведь?
— Уверен, ты справишься, Эла, — едва слышно простонав в предвкушении, мужчина проговорил: — Жду не дождусь, когда смогу наконец заполучить тебя полностью.
Чуть позже, сидя в своём кресле и вертя в руках передатчик, я думала о секундах. Кажется, с этим звонком запустился обратный отсчет. Время капало. Я не переживу свою гребаную свадьбу. Лучше умереть в бою, чем на супружеском ложе.
Моё одиночество нарушил Дис, проходя к своему рабочему месту. Я уже привыкла к его молчаливому присутствию. Для работы ему нужен был лишь компьютер, передатчик и немного тишины.
Разместившись на софе, Десница долгое время упрямо не замечал (игнорировал?) мой взгляд. Когда же он повернул ко мне голову, я заговорила сразу, без раздумий. К чёрту раздумья. Время сомнений уже прошло. У меня остался всего лишь какой-то крошечный год. Что такое год в моей жизни? Пара мгновений.
— Мне нужно поговорить с тобой. И этот разговор… он довольно откровенный.
В первые в жизни я пожалела о том, что Дис такой неэмоциональный парень. Мне было необходимо понять, что он думает обо всей той бессвязной ерунде, которой я собираюсь с ним доверчиво поделиться.
Когда он сел напротив, я пододвинула кресло и наклонилась над столом.
— Для начала… это не моё дело, конечно же, но что тебя связывает с Мадлен?
Кажется, он готовился к каким угодно откровениям. Но не тем, что связаны с моей секретаршей.
— Ничего, — ответил он через мгновение, и я нахмурилась.
— Да брось! Я же вижу, как она смотрит на тебя. Вы наверняка тут неплохо ладили во времена Паймона.
— Она хорошая женщина, босс, но…
— Хорошая женщина — слабо сказано! Просто настоящий клад! Я знаю, что правилами здесь запрещены браки, но я могу сделать исключение для вас. Хочешь?
Не знаю, что именно я надеялась услышать от него. Да? Нет?
— Она хорошая женщина, — повторил Дис, глядя мне в глаза. — А я не связываюсь с хорошими женщинами. У меня и Мадлен никогда ничего не было. Ясно?
Полностью. Предельно. От и до.
— Я плохая женщина.
— Что? — изумление, вспыхнувшее в алых глазах, стало настоящим сюрпризом.
— Поцелуй меня.
Его недоумение было объяснимо. Непоследовательность моего поведения шокировала бы сколь угодно тёртого бойца. Упрямо держать на расстоянии, чтобы в один прекрасный момент сказать что-то подобное?
Я казалась самой себе конченой дурой, когда заговорила:
— … это не то, о чём ты подумал. Мне просто нужно, чтобы…
Он понял, что мне нужно и с первого раза. Просить его дважды не было необходимости.
Стол не помешал ему дотянуться до моего лица. Прежде чем обжигающие, твердые губы встретились с моими, я почувствовала, как его рука обхватывает ткань моей майки, удерживая, притягивая.
Происходящее было один в один похоже на инцидент двухлетней давности. Та же необъяснимая жадность, торопливость и эмоциональность. Тот же вкус и запах… мужчины и запретных желаний. Всё то, чего я так остервенело избегала. Не зря.
Спустя минуту я стояла, склонившись над раковиной, упорно стараясь избавится от привкуса желчи во рту. Глупо было доверять свою болезнь времени. И верить, мол, стоит мне просто наблюдать Диса каждый день, и я пойму, что опасаться нечего. Что отношения между мужчиной и женщиной нормальны, даже если это Дис и я. А секс — это просто новый уровень доверительных отношений, и в этом нет ничего аномального или же пугающего.
Провал.
Стараясь стереть с губ «ощущение», я раз за разом умывалась ледяной водой. Под кожей безумствовал настоящий пожар.
Стоит отдать должное исполнительности Десницы, но он мог бы сделать это… аккуратнее, что ли? Боги, да его просто нельзя было узнать! В его движениях было столько нетерпения, энтузиазма и что-то ещё… что-то хищное.
Чужое, непристойное, жаркое, влажное прикосновение.
Дыхание — горячее, скользящее по губам.
Омерзительно.
