— Конечно, только теперь-то я понимаю, что за норов у этого джинна, и уверен, что он это желание так наизнанку вывернет, что мало не покажется, — сказал на это солдат. — Я о чем говорю — вы же знаете, как работает этот ковер, и доставите нас в столицу без лишних хлопот…
Звучало это разумно. Тем не менее Абдулла в ответ только буркнул что-то неразборчивое. Это было потому, что из-за солдатских советов Абдулла начинал видеть все в совершенно новом свете. Еще бы солдат не понял, что за норов у этого джинна. Очень в его духе. Он был просто мастер по части того, чтобы заставить других плясать под свою дудку. Единственным существом, которое было способно заставить солдата плясать под
Поэтому Абдулла и буркнул в ответ солдату что-то неразборчивое, что в Занзибе было бы сочтено вопиющей грубостью, но солдат об этом не знал. Он весело показал на небо:
— Опять прелесть что за закат. Глядите, еще один замок.
Солдат был прав. В небесах кипели желтые озера, и острова, и мысы, и высокая серо-голубая облачная скала с чем-то вроде крепости наверху.
— Это уже другой замок, не тот, что первый, — заметил Абдулла. Он чувствовал, что пришло время самоутвердиться.
— Конечно нет. Одинаковых облаков не бывает, — отозвался солдат.
На следующее утро Абдулла сумел проснуться первым. Рассвет еще вовсю полыхал, когда он вскочил, схватил бутылку с джинном и отнес ее на некоторое расстояние от развалин, где они ночевали.
— Джинн, — позвал он. — Появись!
Из горлышка бутылки поднялся клочок дыма — призрачный и недовольный.
— В чем дело? — спросил он. — Где обычные разговоры про цветы, драгоценности и прочее?
— Ты мне сказал, что этого не любишь. Вот я и перестал, — ответил Абдулла. — Теперь я стал реалистом. И желание, которое я собираюсь загадать, соответствует моему новому мировоззрению.
— А, — отозвался клочок джинна. — Ты хочешь потребовать назад ковер-самолет.
— Вовсе нет, — сказал Абдулла.
Джинн так удивился, что вылез из бутылки целиком и наградил Абдуллу взглядом вытаращенных глаз, которые в рассветных лучах казались плотными, блестящими и вообще почти человеческими.
— Объясню, — продолжал Абдулла. — Итак, Судьба явно решила отложить поиски Цветка-в-Ночи. Это несмотря на тот факт, что Судьба же объявила о своем намерении женить меня на Цветке-в-Ночи. Все мои попытки пойти против Судьбы приводят к тому, что твоими стараниями мои желания никому не приносят добра, а их исполнение обычно увенчивается тем, что за мною гонятся всадники на верблюдах или лошадях. Или солдат заставляет меня потратить желание впустую. Поскольку я устал и от твоих насмешек, и от того, что солдат постоянно добивается своего, я и решил бросить вызов Судьбе. С этой минуты я намерен планомерно и последовательно пускать все желания на ветер. Тогда Судьбе придется волей-неволей взять дело в свои руки, а иначе пророчество, которое касается Цветка-в-Ночи, никогда не сбудется.
— Ты ведешь себя как ребенок, — усмехнулся джинн. — Или как герой. Или, вероятно, как безумец.
— Нет, как реалист, — возразил Абдулла. — В дальнейшем я брошу вызов и тебе — тем, что буду тратить желания так, чтобы от них кому-то где-то было хорошо.
При этих словах джинн сделал гримасу определенно саркастическую:
— И каково же будет твое сегодняшнее желание? Дома сиротам? Зрение слепым? Или просто чтобы все деньги в мире были отняты у богатых и отданы бедным?
— Я подумал, — отвечал Абдулла, — что мог бы —
По лицу джинна разлилась злобная радость.
— Ну, мог бы загадать чего похуже. Это я исполню с удовольствием.
— И каково же побочное действие этого желания? — спросил Абдулла.
— Да ничего особенного, — сказал джинн. — Просто в настоящий момент в этом оазисе расположился отряд воинов Султана. Султан убежден, что ты находишься где-то в пустыне. Его люди в поисках тебя прочесывают всю округу, но я уверен, что время на двух разбойников у них найдется — хотя бы для того, чтобы доказать Султану свое рвение.
Абдулла обдумал эти слова.
— А нет ли в пустыне еще кого-то, кто может подвергнуться опасности из-за этих изысканий?
Джинн искоса поглядел на него:
— А тебе и вправду не терпится истратить желание впустую! Там нет никого, кроме нескольких ковроделов и пары-тройки пророков — ну и, конечно, Джамала с его псом…
