Несколько пиратов нерешительно направились к дверям. Им было трудно уразуметь, почему этих чужестранцев надо освобождать из-за случайно подвернувшихся карт. Все дурная прихоть Бена. И ведь не капитан он на судне, а командует, решает все самовольно. Вот теперь лишает их верной прибыли: пленников-то можно было выгодно продать в рабство, особенно девицу. Однако в открытую роптать никто не решился — побаивались крутого нрава Андерсена.
— А я смотрю, вы действительно игрок! — вдруг завел разговор Бен. — Прошу, признайтесь, ну вам ведь страшно? Хоть чуть-чуть?
Он положил ладонь на руку Вангувера, собиравшегося открыть следующую карту, и проникновенно заглянул в его глаза. Фокусник не снизошел до откровений и ответил вопросом на вопрос:
— А вам?
Бен отдернул руку и расхохотался:
— Нет, все-таки удивительный малый! Сидит в окружении моих ребят, вооруженных до зубов, и интересуется, страшно ли мне. Да мне страшно… за вас!
И пират решительно открыл свою карту первым, давая понять, что правила здесь диктует только он.
— Напрасно, — услышал он ответ оппонента, и на открытую Беном десятку лег валет Вангувера.
Бен откинулся на спинку стула.
— Вы знаете, это становится просто подозрительным.
Пират не понял, как именно пленнику удалось подтасовать карты, но что игра была не чистой, в этом он не сомневался. Глядя в глаза этому баловню Фортуны, Бен медленно взял колоду, перемешал карты заново и положил их на середину стола:
— Прошу.
Вангувер открыл короля. Все ахнули, ведь это почти наверняка была победа. Но Андерсен не спешил сдаваться раньше времени. Не теряя достоинства и игривого настроения (черт побери, было бы из-за чего печалиться!), он открыл последнюю карту… и возликовал! Да, не зря о нем говорили как об удачливом игроке: открытая карта была тузом!
— Ну вот и все, счастливчик, прошу на доску… — саркастически усмехнулся разбойник.
— Не думаю, — вступил в разговор Плахов.
И тут же из-под стола послышалось щелканье взводимых курков.
— Ой, что это у нас там?! — сделал испуганное лицо Бен и заглянул под столешницу. Оттуда на него глядели дула пистолетов: Плахову удалось воспользоваться всеобщей увлеченностью игрой и тихонько стянуть оружие у топтавшихся рядом пиратов.
— Пистолетик, — паясничал Бен, но шевелиться не смел. — Я понимаю, условия игры меняются?
Ответом было быстрое движение, сделанное нашими героями: они вскочили с мест, вырвали оружие их рук растерявшихся разбойников и направили его на злодеев. Да, условия игры поменялись совершенно!
— Ребята, вы мне нравитесь все больше и больше!.. Ваша мама не была в лондонском порту? Может, мы с вами братья? — Бен не спешил сдавать позиции. Этот отъявленный плут не раз бывал в переделках и знал, что изменница-Фортуна в любой миг может переметнуться на другую сторону.
— Если бы моя мать знала, что у нее появится такое отродье, как ты, она бы удавилась, — Семен приставил к горлу Андерсена шпагу, взял его под локоть и подтолкнул к выходу из каюты.
— Э-э… джентльмены! — сокрушенно вздохнул Бен. А что ему сейчас оставалось? Только подчиниться.
Открылись двери, и на палубу, к удивлению команды, вышел Бен. Клинок, приставленный Плаховым к его горлу, не оставлял пирату ни малейшей возможности оказать сопротивление. Вангувер с двумя пистолями нес оборону сзади. Егорка с Воронцовой замыкали шествие. Анастасия, никогда не державшая ничего опаснее булавки, на этот раз была вооружена до зубов. В левой ее руке поблескивал клинок, в правой дрожал пистоль. Команда явно пребывала в растерянности. Этот русский, похоже, был не робкого десятка и достаточно авторитетно «аргументировал» свои действия. Даже бесстрашный Бен Андерсен на этот раз послушно склонил голову набок и семенил по палубе. Правда, он все же пустил в ход свое главное оружие — красноречие.
— Па-па-па-паслушайте, — обратился он к конвоировавшему его Семену, — может, я вовсе не такой плохой. Просто дурное влияние улицы испортило меня с годами…
— Еще одно слово, — процедил сквозь зубы Плахов, — и я перережу вам глотку…
Такой резон показался Бену бездоказательным.
— Друг мой, по-моему, вы блефуете. Мои ребята сразу порвут вас в куски.
— Только вам от этого легче не станет, — прошипел Плахов у пирата над ухом и еще плотнее прижал лезвие к горлу.
— Тоже верно, — согласился Бен. — Ну так что будем делать?
— Для начала… Все шлюпки на воду! — взревел Плахов.
Но никто не бросился выполнять его приказ. Матросы, переметнувшиеся на сторону пиратов, предпочитали подождать дальнейшего развития событий, уж больно силы были неравными.
— Слушайте, я же вам предлагал отправиться в плавание… А? — продолжал переговоры Бен Андерсен.
— Речь не обо мне! — оборвал его Плахов.
— Да?! — удивился пират. — А о ком?
—
