– Это о чем вы ее спрашиваете и по какому праву? Очевидно, что здесь какая-то ошибка, – грохотала женщина, хватая хозяйку дома за руку. Бет благодарно прижалась к ней; было видно, что она рада появлению человека, ощущавшего себя так же, как она.
И вновь Ким удивилась тому, насколько одинаковыми казались эти женщины. На фотографии на стене Барри был изображен с дочерью, окончившей университет, и было ясно, что это не ребенок Бет. Значит, Никсон был женат во второй раз.
Бет взглянула сначала на свою золовку, а потом на фото на стене.
– Ленора, думаю, нам надо рассказать…
– Мы не сделаем ничего подобного. И не будем расстраивать Кэти по пустякам. Может быть, это вообще не он. Они показали тебе фото?
Глаза Бет вновь засветились надеждой. Она отрицательно покачала головой и повернулась к детективам.
– Мы попросим одну из вас провести официальное опознание, – пояснила инспектор. – Однако мы абсолютно уверены, что это ваш муж, миссис Никсон.
Женщина расплакалась.
Ким посмотрела на Брайанта и приподняла одну бровь. Сержант кашлянул.
– До тех пор пока у нас не будет доказательств, что это действительно он, – заявила золовка, – я предпочитаю вам не верить. – Она сняла тонкий кардиган лимонного цвета.
Сержант кашлянул еще раз.
– Он человек слишком здравомыслящий, чтобы позволить вот так просто убить себя. Он очень умен…
Брайант закашлялся так, как будто его легкие наполнились дымом.
Миссис Никсон прекратила рыдать и взглянула на кашляющего детектива.
– Прошу прощения, офицер, но с вами все в порядке? Может быть, принести вам что-нибудь выпить?
– Да, прошу вас, на ваш выбор.
Бет собралась встать.
– Я все сделаю, Бет. Сиди где сидишь, милая, – Ленора похлопала ее по руке.
Брайант посмотрел на Ким и с довольным видом вышел вслед за женщиной из комнаты. Они часто использовали эту тактику: разделяй и узнавай как можно больше.
Но сначала Ким было необходимо прояснить кое-что.
– Миссис Никсон, я хотела бы подчеркнуть, что, как бы вам ни хотелось верить, что ваш супруг жив, мы в его смерти нисколько не сомневаемся. И с нашей стороны позволить вам надеяться на что-то было бы бесчувственно. Мне очень жаль.
Бет Никсон, с трудом сглотнув, кивнула.
– Умом я все понимаю, но сердце ищет малейший предлог, чтобы вам не поверить…
– Я это знаю, но мне действительно надо задать вам несколько вопросов, чтобы мы могли найти негодяя.
– Прошу вас, начинайте. – Бет вытерла нос.
– У вашего мужа были какие-нибудь проблемы – не важно с кем, – о которых вам известно?
– Барри – прекрасный человек, – женщина покачала головой. – Он всем помогает.
– А на работе? – с надеждой в голосе уточнила Ким.
– Да вроде нет. Иногда ему приходится говорить людям неприятные вещи, а мало кому нравится, когда речь идет о ваших собственных детях, да?
– Простите, а чем он зарабатывал на жизнь?
– Барри консультировал детей, особенно в сложных случаях.
И опять дети… Детектив подумала о Белинде Эванс.
– Прошу вас, продолжайте, – попросила она.
– Он работает с детьми, у которых было тяжелое прошлое. Чаще всего это те, кто склонен к насилию. Работает он как частный консультант и очень востребован.
Именно поэтому он отправился в соседний газетный киоск в будний день во время ланча…
Ким никак не могла избавиться от появившегося у нее неприятного чувства. В детстве она встречалась, наверное, с сотней таких Барри, и у каждого из них был свой взгляд на то, как надо с ней обращаться, но у всех у них было нечто общее – они рассматривали ее как личный вызов.
И Стоун нюхом чуяла их отчаяние, когда они понимали, насколько изломана ее психика. Ей задавали целую кучу вопросов, разных вопросов, но все они были нацелены на то, чтобы сбить ее с толку и привести в замешательство. В ход шли куклы, книги, игры, тесты – все что угодно, лишь бы заставить ее раскрыться перед ними.
Тед был не такой. Позволил ей смотреть, как он плавает в маленьком пруду. Давал ей леденцы и позволял сидеть в абсолютном молчании. Она никогда ни перед кем не раскрывалась полностью, но, если б ей надо было выбирать, кому раскрыть душу, это непременно был бы именно он.
– То есть существуют родители, не согласные с мнением вашего мужа? – уточнила Ким. Желание защитить собственное дитя часто заканчивается убийством.
– Ну конечно, – взволнованно ответила Бет, все еще не верящая в произошедшее. – Они не всегда хотят слышать правду, даже если заплатили за нее.
Ким хотела было возразить ей, что речь идет о личном мнении, а вовсе не об истине в последней инстанции, но решила не терять время.
– А был ли кто-то, кто особенно возмущался… выводами вашего мужа?
– За последнее время – нет, – Бет покачала головой. – Последнее время он немного сократил круг своих клиентов и больше времени проводил дома.
Услышав эти слова, Ким восприняла их как сообщение о том, что бизнес постепенно хирел.
– А не могли бы мы получить список последних клиентов вашего мужа?
– Конечно. Я попрошу Ленору. Она занимается его встречами и всей текучкой.
– Миссис Никсон, вы когда-нибудь слышали имя Белинда Эванс?
Женщина задумалась и покачала головой.
– Нет. А должна была?
