Смотря каким. С точки зрения личного самоощущения, самоуважения и всего прочего людям, даже незнакомым, лучше доверять, чем не доверять. Разумеется, это иногда приводит к сильным разочарованиям, иногда это приводит даже к каким-то катастрофам, к потере денег, к потере чего-то еще, но мне кажется, самому человеку легче живется, когда он доверяет, чем когда он не доверяет.
Скорее, да.
Вопрос вопросов. Этими двумя вопросами занимается вся мировая философия, а также религия, искусство и естественные науки.
Почему живем… Мы живем, потому что нам внезапно и незаслуженно сделан такой подарок, которым мы чаще всего плохо распоряжаемся. Этот подарок жизнь и есть. А умираем мы потому, что вышли из небытия и туда же возвращаемся.
Религия — придумана ли она, сказка ли она, — но религия вроде как умеет избавлять человека от смерти, по крайней мере, от страха смерти. Потому что смерть — это какая-то черта, еще секунду назад была жизнь, а сейчас это уже не жизнь.
Затем, чтобы в разных формах, в разных вариантах постоянно задавать себе именно этот вопрос. Мы живем затем, чтобы интересоваться «зачем».
Первый традиционный вопрос передачи. 3 года, мальчик: «Кто я?»
Это замечательный вопрос, главный вопрос жизни. И, кстати сказать, это один из важнейших американских тестов. Когда людям задавали вопрос «Кто вы?», они, не зная, что анализируются, отвечали самым разнообразным образом: «Я — инженер», «я — еврей», «я — гомосексуалист». Каждый определял себя каким-то одним словом. И это слово было чрезвычайно важно, потому что оно говорило о той иерархии, которая существует в голове человека, — что для него в себе главное. Должна вам сказать, что я ответила на этот вопрос единственным достойным образом. Я сказала: «Я — Люся Улицкая». Этот ответ дает около 1 % людей, потому что 99 % стараются себя определить через какую-то группу. Быть самим собой — трудное дело. Но трехлетний ребенок точно, как правило, обозначает: «Я — Вася», «Я — Таня», «Я — Коля». Это очень правильный, хороший ответ на этот вопрос. Так вот я — Люся Улицкая.
Когда я готовился к нашему разговору, я занырнул в ваши книги. В частности, второй раз прочел «Даниэля Штайна, переводчика». Странное совпадение — в июле 2006-го вы закончили эту книжку, в июле 2006 года родилась наша передача, и с июля 2006 года я задаю взрослым детские недетские вопросы. Ваша книжка — это сплошные вопросы, она на них построена. Тогда я не понял ее, потому что, видимо, еще не дорос. Меня больше интересовали ответы. Сейчас я понимаю, что ответы искать надо в вопросах.
Спасибо, дорогой. Я тоже так думаю.
Сегодня будет много цитат из этой книжки. Вот первая, от лица Хильды, помощницы Даниэля: «В самом начале я пришла к Даниэлю в смятении, долго не могла ничего сказать, а потом сказала только одно слово. Грех. Я много думала о том, в чем состоят мои грехи». 7 лет, мальчик: «Кто такой грешный человек?»
