И встал с пола, уступая место юному дракону. Огибая кровать со взрослыми, взглянул на Мирта. Селена проследила его взгляд, сама побаиваясь, что мальчишка-эльф обидится: Коннор предпочёл отдать лучшее место для наблюдения не ему, а Хельми. Но Мирт на взгляд мальчишки-некроманта только коротко кивнул и вновь застыл взглядом на процессе уничтожения магической нити.
Селена не злилась, хотя ничего не видела, пусть и старалась использовать для магического видения то, что давно не использовала, — обложки магических книг из личной библиотеки. Но для неё всё оставалось статичным: Шиа по-прежнему сидела, слегка прикасаясь ладонью-лодочкой к запястью Синары. Поэтому хозяйка места начала следить за юным драконом: увидит ли он то, что увидел Коннор? И так увлеклась, что вздрогнула, когда сидевший рядом Трисмегист — на первый взгляд, сутулившийся, неожиданно сел прямо. Он-то ничего не сказал, но по его облегчению Селена догадалась сама, что и он понял, как работает Шиа…
Девочка-собиратель магии наконец пошевельнулась. Сложенная лодочкой ладонь медленно поднялась к внутреннему изгибу локтя. И снова замерла. Шиа смотрела спокойно и даже отстранённо, но вздувшиеся жилки на ладони выдавали напряжённую работу… Глядя на её руки, Селена вдруг вспомнила прошлое. Джарри сказал, что книги по боевой магии ей, принесённой в этот мир драконом Вальгардом, оставили деревенские маги. Ещё раньше в эту деревню сумел проникнуть только он, Джарри. Что тоже являлось предопределением… Совсем недавно Селена, если и думала об этом, то скептически воспринимала предопределения, которые для живущих в этом мире важны. Но вот в деревне появилась Шиа, девочка-собиратель магии. Можно ли это событие отнести к событиям, предопределённым судьбой? Ведь всё, что до сих пор ни сделала Селена или ни сделано с её подачи: нашла семью Эдена и привезла её сюда — это всего лишь обрывки одного большого события. И вот нашлась Шиа, которая стала связующим звеном между семьёй маленького некромага и самим Эденом. Поневоле поверишь в то, что предопределения существуют. И что можно порой на них надеяться.
— Мирт… — шёпотом сказал Хельми и осторожно встал, меняясь местами с мальчишкой-эльфом.
А Селена, глядя на их перестановки возле девочек-магов, внезапно вспыхнула от радостного понимания: теперь не только Шиа может снимать и уничтожать нити! Вот прямо сейчас в мансарде уже четверо чисто практически знают, как освобождать проданных когда-то детей-магов от заклинания предприимчивых пригородных некромагов! А ведь в деревне есть ещё Ривер, Лотер! И Джарри! Что уж говорить о Колре! Если маги начнут снимать со всех троих бывших помощников пригородных некромагов нити заклинания, ведущие к беспамятству, то освобождение произойдёт очень быстро! И кстати, ещё неизвестно, что с Фицем. А если и он проданный, но не подозревает о том? Селена чуть не рассмеялась над собой вслух, взволнованная. Нет, Фиц помнит все события, которые произошли с ним с той ночи, как его выбросил на улицу толстяк Стефан. Он не продан. Он был умелым, а таких пригородные некромаги не продавали.
— Всё!.. — выдохнула Шиа, опуская руку, которая, словно отдельно, самостоятельно от своей хозяйки, успела подняться к плечу Синары. — Первый ритуал из девяти…
В мансарде тишина. Все с улыбками смотрели на Синару, которая озадаченно прислушивалась к себе. И — ахнули, когда девочка-некромаг боком повалилась на кровать. Мирт вскочил со своего места, благо был ближе и перехватил падающее тело так, чтобы уложить его головой на подушку. Вскочила и Шиа, несколько изумлённая. Подбежавший Коннор помог Мирту поднять ноги Синары, чтобы полностью уложить её на постель.
Эден, немедленно подбежавший к девочке-некромагу, жалобно спросил:
— Что с ней? Почему она… так?
Трисмегист, словно подгоняемый ветром лист, очутился возле кровати и мягко положил ладонь на голову Синары, которая, похоже, уснула.
— Воспоминания возвращаются, — сказал эльф-бродяга. — Они врываются в её память, будто в её голове взорвана некая плотина. И это сложный процесс. Пусть девочка отдохнёт и выспится до завтра. Следующий ритуал надо будет провести утром. — Посомневался немного и кивнул самому себе: — Да, именно утром, не раньше.
— Она всё вспомнит? — спросил Эден, усевшись на кровать и взявшись за ладонь девочки-некромага.
— Всё, что было, когда предыдущий хозяин её продал, — объяснил Коннор. — То есть… Она вспомнит его — того, кто её в последний раз продал. А значит — всю жизнь именно у этого хозяина.
— А когда вы уберёте все нити, она вспомнит?! — У маленького некромага перехватило горло, и он закашлялся — до слёз. — Она может вспомнить свою семью?! Своих родителей?! Коннор!!
Последний тоненький вопль Селена, как и другие, поняла правильно.
Мальчишка-некромант оглянулся на уставшую Шиа, которая, тем не менее, с интересом следила за событиями в мансарде.
— Время есть, Шиа, — медленно сказал Коннор. — Ты проследишь, всё ли правильно я делаю? Подправишь, если что?
— Да, прослежу, — отозвалась девочка-собиратель магии.
