Она не могла отвести взгляд от пространства, где еще мгновение назад стоял сказочный лес. Ее сердце колотилось так сильно, что казалось, будто она сама стала частью этого волшебства.
— А я могу так? — наконец осмелилась спросить она.
Маркус улыбнулся, словно ждал этого вопроса.
— Ты можешь больше, Регина. Но для начала научись видеть то, что скрывается за привычным.
Его слова, как ключ, открыли перед ней двери в неведомое. Теперь она знала: ее жизнь больше никогда не будет прежней.
Когда ночь укутала дом плотным темным покрывалом, Регина еще долго не могла уснуть. Магические отблески, которые еще недавно танцевали перед ее глазами, мерцали в мыслях, как отголоски далекой музыки.
Она выглянула в окно, ожидая увидеть привычный темный лес. Но ей показалось, что среди деревьев мелькнул неясный свет — словно кто-то зажег свечу в глубине чащи. Это был не обычный свет, а мерцающий, как дыхание живого существа.
— Что ты увидела? — раздался тихий голос за спиной. Маркус стоял в дверном проеме, его силуэт сливался с ночной тенью.
— Лес… — Регина не была уверена, что слова смогут объяснить ее ощущения. — Он словно ожил.
Маг лишь усмехнулся, — мягко, без привычной иронии.
— Лес всегда был живой. Просто ты только сейчас начинаешь видеть его настоящим.
И с этими словами он скрылся в тени. А Регина продолжала смотреть в окно, ощущая, как в ее сердце пульсирует неведомое предчувствие.
Завтрашний день принесет свои тайны. Но этим вечером Регина сделала первый шаг за границы обыденного.
Утренний воздух был прозрачен, как слеза, — влажный, настоянный на запахе папоротника и прелой коры. Регина шагала чуть позади Учителя, внимательно наблюдая, как он ходит: плавно, почти невесомо, словно он не шел, а скользил между деревьями.
— Учитель, — тихо позвала она, — мы далеко уже от дома?
Маркус обернулся, его глаза — две темные льдинки в обрамлении глубоких морщин — скользнули по девочке.
— Расстояние измеряется не шагами, — произнес он, — а способностью слышать тишину.
Регина сжала губы. Опять эти его загадочные фразы, похожие то ли на восточную мудрость, то ли на насмешку.
Лес постепенно менялся. Деревья становились старше, массивнее. Их корни, словно окаменевшие змеи, выныривали из земли, создавая причудливые лабиринты. Мох здесь был особенным — седым, почти серебристым, а папоротники казались гигантскими и напоминали древних существ, застывших в неподвижности.
— Мы пришли, — внезапно остановился Маркус.
Поляна была идеальной. Круглой, словно выкроенной невидимыми небесными ножницами. По краям росли старые сосны, а в центре — валун, размером с небольшую скамейку. Камень был необычным: с вкраплениями кварца, которые играли в утреннем свете странными отблесками.
— Сядь, — приказал Учитель.
Регина послушалась. Камень, вопреки ожиданиям, был не холодным, а теплым, будто живым.
— Сегодня, — Маркус говорил медленно, — ты научишься читать энергетические потоки природы. Это не просто магия. Это язык, на котором говорит мир.
Регина прикрыла глаза. Учитель положил ладонь ей на макушку — тяжелую, словно отлитую из металла древних заклятий. Прохладные пальцы касались кожи, и каждый палец казался проводником невидимых токов.
— Почувствуй, — шепнул Маркус, — не думай. Почувствуй.
Первое, что она ощутила — дыхание леса. Не ветер, нет. Настоящее дыхание: вдох-выдох древних корней, пульсация земли под мхом, тончайшие токи, которые текут между камнями, травами, насекомыми. Энергия не была статичной — она танцевала, переливалась, как акварель в воде.
— Протяни руку, — голос Учителя звучал издалека.
Ее ладонь дрогнула. Пальцы коснулись воздуха — и воздух ответил. Тысячи невидимых нитей потянулись навстречу, легкие, призрачные, но ощутимые, как первый порыв утреннего ветра.
— Смотри глубже, — прошептал Маркус.
И Регина увидела.
Не глазами. Внутренним зрением. Каждое дерево — это целая вселенная. Корни — артерии, несущие влагу и память. Ветки — провода, по которым течет информация о ветрах, облаках, птицах. Кора — защитный панцирь, летопись десятилетий.
А между деревьями — потоки. Серебристые, изумрудные, темно-синие. Одни быстрые, как горные реки, другие медленные, как застывшая смола. Каждый поток нес свою историю, свой ритм, свое дыхание.
— Учитель, — ее голос дрожал, — я... я их слышу.
— Нет, — жестко возразил Маркус, — ты их видишь. Слышать — следующий уровень.
Боль резанула по вискам. Регина вздрогнула, но не открыла глаз. Концентрация требовала полного погружения.
Энергетические потоки начали менять цвет. От спокойных природных оттенков — к чему-то более глубокому, первородному. Темно-фиолетовые разломы, алые всполохи, иссиня-черные водовороты.
— Не бойся, — прикосновение Учителя стало холоднее льда, — просто наблюдай.
И она наблюдала. За пределами обычного восприятия. За гранью человеческого понимания. Там, где время течет иначе, где пространство дышит, где каждый камень — хранитель легенд.
Регина чувствовала: сейчас что-то произойдет. Что-то, что изменит ее навсегда.
