– Да. Но все это не занимает много времени. Пара часов первое, и от силы пара часов второе. А остальное время? Ведь сейчас медицина развилась настолько, что, во-первых, человек достаточно хорошо осведомлен о своем состоянии, и если когнитивные функции сохранны, то он прекрасно понимает, что умирает, а во-вторых – современное обезболивание часто дает какое-то время простого ожидания смерти…
– Ну, я считаю, что обезболивание в конце жизни – это хорошо, – твердо сказала я. – Умрем мы, конечно, все, но чего же страдать-то попусту?
– Конечно, это большое благо. Я тоже так считаю. Но это не снимает проблемы. Это еще жизнь. И это – время. И это время надо чем-то занять. Вы согласны?
Я осторожно согласилась, догадываясь уже, что у него есть какое-то предложение относительно программы предсмертных развлечений. Может быть, скорбящий по матери Михаил не так стабилен, как мне показалось?
– И еще – это проблема для окружающих, – продолжил между тем свою мысль мужчина. – Близких, родственников, друзей, персонала какого-нибудь хосписа, если человек умирает не дома. Что тут будет правильно? Просто оставить его лежать и умирать, осуществляя потребный уход? Или разговаривать с ним? О чем? Отвлекать от мыслей о смерти? Но как? Или просто сидеть рядом, смягчая и разделяя одиночество. Но можно ли на самом деле разделить такое, последнее одиночество человека?
– И что же вы предлагаете? – не выдержала я.
– Я сам не предлагал и не предполагал ничего. Но, к нашему огромному удивлению и, конечно, облегчению выяснилось, что моя мама заранее подумала об этом вопросе и исключительно собственными усилиями полностью сняла для нас, для семьи, эту проблему.
«Его мама покончила с собой? – мысленно удивилась я. – Или перед смертью ушла в горы, как старушка в “Легенде о Нараяме”? Но причем же тут “облегчение”? Нет, не вяжется».
– Что же она сделала?
– Моя мама была образованным человеком. Когда появились компьютеры и интернет, она их уже в зрелом возрасте неплохо освоила. И все возможности сопутствующих гаджетов – тоже осваивала по мере того, как они появлялись в нашей семье. Внуки с удовольствием ее учили – мой старший сын всегда говорил, что «бабуля очень хорошо схватывает, ее учить приятно». И именно тогда, как мама мне объяснила, ей пришла в голову мысль о составлении некоей летописи своей собственной жизни. Но вначале ее несколько расхолаживала бессмысленность этого занятия: я сама и так все неплохо помню, а кроме меня, не следует обольщаться, это никому не нужно. А потом у нее начали умирать старшие друзья и подруги, она носила кому-то из них в больницу старые альбомы и фотографии… и вот тогда она внезапно увидела цель и алгоритм.
И вот, нам она тогда, конечно, ничего не сказала, но практически сразу же начала действовать. Для начала она оцифровала все семейные фотографии. Попросила прислать что-то ее младшего брата, который живет в Новосибирске, и еще живую на тот момент старшую двоюродную сестру, которая жила в Лос-Анджелесе. Кстати, как мы потом узнали, с сестрой она поделилась своим ноу-хау, та сначала загорелась, но потом оказалась слишком больной, ленивой и еще, наверное, слишком сильно оторванной от корней. Но в результате там есть даже фотография моего купца-прапрадеда с огромной бородой и фото дома и могил кого-то еще более древнего из маминого рода.
Потом мама собрала все, что смогла найти про город времен своего детства (она родилась и до 12 лет жила в Пскове), и составила очень стильный альбом про предвоенный, военный и послевоенный Псков. Потом сделала то же самое про Ленинград – город, в котором она взрослела и прожила всю жизнь. Каким она его впервые увидела, как он менялся, каким стал теперь – мама всегда была чувствительна к архитектурной среде, я помню это по детству, как она меня таскала за собой и обращала мое внимание на всякие архитектурные завитушки, линии и тени. Тогда у меня сводило скулы от скуки, но сейчас я с каждым годом все больше понимаю, что она сформировала мой взгляд, и мне чем дальше, тем больше становится самому интересно.
Потом настал черед путешествий – мама использовала и свои оставшиеся, и чужие фотографии тех мест, где ей довелось побывать – одной или с друзьями, в турпоходах, в командировках. Мама была энергетиком, она ездила и на Саяно-Шушенскую ГЭС, и на Асуанской плотине бывала. Это очень красиво получилось, изумительные места, профессиональная съемка, а потом молодая смеющаяся мама с такими же молодыми друзьями на фоне Байкала или Кавказских гор.
