А потом перевела пальчик на Галку, — мама.
Галка почему — то смутилась, а Олег Николаевич рассмеялся.
— Ежа это Олежа, жена так зовет, так и Маня выучила. А мамку свою беспутную она и не видела толком. Та сбежала, когда малой и полугода не было. Так теперь на всех женщин мама говорит.
Он посмотрел, как сноровисто Галка готовится кормить Машу, и продолжил:
— Так вот об этой работе я тебе и говорил. Пойдешь к нам хоть на месяц в няньки? Много не заплатим. Внук оставил денег немного. Можем 25 тысяч платить.
— Пойду. Маша мне понравилась, знаю — подружимся. А внук то где? И почему мать сбежала?
— Внук у нас математик. Уже четыре курса МГУ закончил. Сейчас с командой на Олимпиаду в Томск по своей математике уехал. Через неделю будет. А тут Валентина моя слегла. Хорошо, что тебя встретил. Теперь справимся. Ты давай, покорми, да идите гуляйте. Погода хорошая.
— Хорошо, Олег Николаевич. Но только может быть вам убраться в квартире? Жена же не должна в пыли болеть. Хоть полы быстро пройтись? Покажите, где швабра.
Она докормила девочку, схватила ведро и быстро прошлась по всей квартире.
— Пыль потом протру. После прогулки. Давай, Машуня, оденемся и в парк. А там и в «Перекресток» зайдем. Маме тебя покажу. Вот обрадуется.
На вопросительный взгляд прадеда она пояснила:
— Мама на кассе в «Перекрестке», как раз на смене.
На следующий день Галка пришла к старикам в восемь. Олег Николаевич был уже на ногах. Брился.
— Ты чего это так рано, Галка? Малая еще спит. Гулять с ней не скоро.
— Так я уже дома все дела поделала. Прибралась, борщ сварила, цветы полила. Чего зря сидеть. Как жена Ваша? Температура держится.
— Да нет. К утру спала. Меньше 36 показывает. Но слаба еще Валентина. Пусть лежит.
— Конечно. А я пока завтрак вам сделаю. Вы что утром любите? Хотите оладушек напеку. Муку я у вас видела, яйца есть, соду найду. Вон яблочки на столе. Пару в тесто потру. И вкусно и полезно.
— Давай, Галка, действуй. Мы — то привыкли утром чайку, да бутерброд. Всю жизнь работали. Утром времени в обрез. А оладушек давно не ел.
Девушка быстро намесила теста и заодно поставила для Маши манную кашку. Через двадцать минут на столе уже стояло блюдо с горой пышных оладьев.
— Сюда бы сметанки, или повидла какого, — суетилась между столом и конфорками Галка.
В кухню вышла бабушка.
— Как вкусно пахнет. Даже мне больной захотелось попробовать.
— Извините, а как к вам по отчеству обращаться? — замялась Галка.
— Отчество у меня Парфеновна, а ты зови баба Валя, как внучок кличет. Так мне приятнее.
— Хорошо, баба Валя, вы идите зубы чистить да умыться, а я чай заварю. Вам теплое надо.
Пока все рассаживались к столу, из спальни, как обычно, молча появилась Маша.
Она сразу пошла к Галке.
— Мама, на ручки.
И вскарабкалась к Галке на колени.
— Не мама, а Галя, — засмущалась девушка, — куда сразу оладью ухватила. А мыться? И для тебя каша варена.
Но Маша уже отгрызла половину оладьи, а другой рукой прихватила следующую.
Все рассмеялись.
— Вот, Галка, придется мне кашу доедать, — Олег Николаевич смеясь, потянулся к ковшику, — как не любил я манку в детстве, так полюбил в старости. А если изюму бросишь горсть — вон в банке на полке — так за деликатес пойдет.
После завтрака, а Машуня уплела больше всех оладушек, ее одели гулять. Галка вымыла посуду, уложила бабу Валю, поставив рядом с ней на тумбочку большую чашку чая с брусникой.
— Вам пить надо почаще. Не забывайте. И температуру меряйте каждый час.
Олег Николаевич собрался с ними. Надо было купить молока, хлеба. Да с Галкой набрать на борщ продуктов, она обещала сварить к обеду.
— Это не долго. Я вам постного сделаю. Без мяса. Попробуете.
Они вместе зашли в «Перекресток». Галка познакомила своего нового знакомого с мамой, миловидной женщиной со скромной прической и почти без макияжа на добром лице.
Они перекинулись парой фраз — благо магазин был почти пустой — понравились друг другу. Мама Галки, Зинаида Ивановна, поблагодарила Олега Николаевича за то, что дал работу дочери, а он поблагодарил за такую хорошую няньку и помощницу.
После этого пошли на детскую площадку, коих было много вокруг. Выбрали с песочницей. Маша пекла куличи, а они расположились на скамейке.
— Я всё стесняюсь спросить, — Галка подняла сумку с продуктами на скамейку, чтобы не пачкалась, — как так получилось, что вы с правнучкой и внуком оказались? Извините, не моё дело, конечно, но если можно.
— Так это и не секрет совсем. Я тебе, девочка, расскажу. Время у нас есть, так начну, пожалуй, с родителей своих. Интересная судьба их. С войны еще. Будешь слушать? А то старики любят поболтать, а молодым может и не интересно?
— Что Вы! Интересно. У нас с мамой и родни нет. Никакой истории. А у Вас много чего за жизнь было. Слушаю.
— Так вот батька мой из Сибири. В Шушенском, под Красноярском рос. В Ремесленном училище на автослесаря по моторам выучился. В сорок втором был призван на флот. На Балтику. Служил на катерах мотористом, по специальности можно сказать. Только не в теплом гараже, а под обстрелами, среди минных полей и налетов немецких.
