– Судя по всему, да. Это самое логичное, что приходит мне в голову.
– Но вы сказали, что телефон не работает?
– Верно. Он был наполовину в воде, когда я его нашел. Впрочем, у нас все равно вряд ли получилось бы его разблокировать. Без распознавания лица пришлось бы подбирать пароль, а это, как хорошо знают Хироко-сан и Хаято, сделать очень трудно. Таким образом, преступник своей цели достиг: мы не можем получить доступ к данным. Поэтому я и говорил о пропущенных уликах: что именно там было, теперь можно узнать только у самого убийцы. Но, уничтожая одни следы, он оставил другие, которые помогут нам сузить круг подозреваемых. Помнишь, Сюити, на какие вопросы мы так и не нашли ответов в деле Саяки?
Я кивнул. В тот раз я сам составил список из семи пунктов. Четыре загадки удалось разрешить, но еще три пока ничуть не прояснились.
– Во-первых, кто убил Саяку? – начал перечислять я. – Ну, с этим понятно. Во-вторых, зачем преступник заколол ее ножом в грудь? И, наконец, почему он ходил за бумажными полотенцами на минус первый этаж?
– Все верно, – подтвердил Сётаро.
После убийства преступник – казалось, без всякой необходимости – вонзил в мертвое тело нож. А еще зачем-то отправился за бумажными полотенцами в дальнюю комнату, хотя совсем рядом, в соседней кладовой, было полно тряпок. У нас до сих пор не нашлось рационального объяснения его поведению.
– Из того, что сейчас перечислил Сюити, вопрос про нож тесно связан с мотивом убийства. Мы к этому вернемся, когда попробуем объяснить, почему преступник решил действовать в такой экстремальной ситуации. Но перед этим давайте обсудим бумажные полотенца. Отчего, отрезав голову, преступник предпочел воспользоваться ими, хотя на втором этаже есть обычные тряпки, из ткани? Идти наверх, в комнату номер 118, было рискованно: там убийцу кто-нибудь мог заметить, и тогда потом, когда тело Саяки найдут, он сразу оказался бы под подозрением. Именно поэтому, вытаскивая с полок полотенца, преступник старался не издавать шума.
Корзина, откуда он их взял, осталась на полу, а не была убрана обратно на полку. На минус втором этаже убийца, взяв инструменты, наоборот, аккуратно поставил коробку на место – значит, на минус первом он боялся, что лязг металлического стеллажа привлечет внимание.
Итак, убийца сознательно пошел на риск ради бумажных полотенец. Почему же это было так важно? Не знать о том, что в соседней комнате есть тряпки, он не мог: они лежали прямо рядом с инструментами, откуда он позаимствовал орудия преступления. Иными словами, ему понадобились именно бумажные полотенца. Но для того, чтобы вытереть кровь, одинаково годится и то и другое. Значит, полотенца понадобились для какой-то иной цели. Но для какой? Чтобы ответить на этот вопрос, надо понять, какими свойствами различаются тряпки и бумага. У кого есть идеи?
Сётаро обращался к аудитории, точь-в-точь как учитель к школьникам. Высказываться никто не спешил. Пришлось мне взять это на себя:
– Ну, например… бумажные полотенца лучше горят.
– Все так, но непохоже, чтобы преступнику нужен был огонь. Да и зажигалок здесь нет. Все гораздо проще.
– Ну тогда… бумажные полотенца легче… и тоньше… легче рвутся…
– Во-о-от, совершенно верно.
Похоже, я угадал. Понимания, однако, не наступило. Ну допустим, бумага легче и тоньше ткани. И что? Зачем это убийце?
– Итак, зададимся вопросом, для чего могли понадобиться такие свойства, – продолжал Сётаро. – Давайте как можно более детально представим себе все обстоятельства, сопутствовавшие отрезанию головы. Вот преступник убил Саяку-тян и остался в комнате номер 206 наедине с мертвым телом. Сколько времени ему понадобилось, чтобы осуществить задуманное? Нужно надеть сапоги, фартук, перчатки, отпилить голову пилой, потом прибраться за собой. Предполагаю, что на это ушло как минимум пятнадцать-двадцать минут. А поскольку преступник к такому наверняка не привык – скорее около часа. Естественно, он боялся, что его кто-нибудь обнаружит. О шуме можно не беспокоиться: все происходило возле машинного отделения, где работает генератор. Другое дело – свет. Как вы думаете, хватило бы убийце света от смартфона?
Все почтительно покачали головами, соглашаясь, что, безусловно, не хватило бы.
Естественно: телефоном можно разве что себе на руки посветить. Одежду с ним тщательно не осмотришь. Останутся пятна крови – и все пропало… Кроме того, на что этот телефон поставить? Прислонить к стене? Много с таким «светильником» не наработаешь.
– Да, преступник был того же мнения. Ему, конечно, хотелось включить верхний свет, чтобы видеть, что он делает. Теперь вспомним еще один факт: двери в бункере, за исключением металлической входной, сделаны очень грубо, порогов тоже нет, поэтому в щели виден свет. Само по себе это не так заметно, но как раз на том участке коридора лампы на потолке не горят – поэтому свет из-под одной из дверей будет виден сразу. Стоило кому-нибудь спуститься на минус второй этаж, и преступника бы раскрыли.
