Женщины тем временем приготовили погибших к погребению. Закрыв им глаза, они завернули трупы в куски ткани и разместили каждый на отдельные деревянные носилки. Туда же положили их оружие. Воин должен был предстать перед верховным Волхвом со своим оружием и с оружием побежденного врага. Когда мужчины хотели положить два зоунлегера к погибшим, Владислав остановил их. Взяв оружие в руки, он пояснил:
— Я должен извлечь оттуда проклятье, я потом сброшу это в жерло вулкана, туда, откуда оно пришло.
Он вытащил аккумуляторы и завернул их в платок, кем-то ему протянутый. Потом подойдя к Сталкуру протянул ему кольцо Идаро.
— Это пропуск к новому королю Стензера, который наказав предателей, ищет мира. Если древляне устали от войны, воспользуйтесь им и заключите мир. Сейчас я ухожу, — продолжал Владислав, — я ухожу, скорбя о павших вместе с вами.
Вызвав скуттер он сел в седло спустившегося «пегаса», медленно взмыл в воздух и полетел на запад в сторону заходящего солнца.
Владислав уже вторые сутки кружил в горах, пытаясь напасть на след Эстер. Найти ее можно было только через айоров, и он понимал всю сложность стоящей перед ним задачи. Агент отдавал себе отчет, что выйти на контакт с этими крылатыми демонами, будет не просто. До сих пор еще никому не удавалось этого, а может просто никто и не пытался с ними контактировать. Люди инстинктивно держались с айорами враждебно из-за их отталкивающего вида, а айоры платили людям той же монетой.
Как бы то ни было, но сейчас Владислав сознательно искал встречи с ними, вполне сознавая, что встреча эта может окончиться для него плачевно. В этот раз Владислав отступил от правил и взял с собой целый арсенал оружия, оправдывая себя тем, что это уже не только внутреннее дело планеты, но и всего межгалактического сообщества, раз речь шла о спасении агента межгалпола. И хотя он был хорошо подготовлен и даже вооружен, стопроцентной уверенности в успехе задуманного предприятия у него не было.
Печальный опыт последних событий показывал, что даже незначительное вмешательство в дела планеты извне, приводило к значительному отклонению истории от ее нормального течения. Сейчас Владислав зигзагом курсировал над горами, пытаясь при помощи сканера засечь личный датчик девушки. Каждый агент межгалпола, да и планетарные агенты тоже, имели имплантированный идентификационный чип, при помощи которого производилась идентификация. Имплантант имел пожизненную гарантию действия, то есть ему не требовались батареи, всю необходимую энергию он получал из крови хозяина. Однажды впрыснутый в кровь, он достигал аорты и закреплялся на строго отведенном ему индивидуальном месте. Это был один из нанороботов, вроде тех, что применялись для лечения, с одной лишь разницей, он был один, он не лечил, но собирал информацию о хозяине и мог в любой момент дать команду спящим нанороботам-врачам что-то исправить. Он находился в постоянной связи со специальным приемником, обеспечивая опознание агента. Использовать его для второго индивидума было весьма проблематично.
В самом начале внедрения этой технологии, криминальными структурами предпринимались попытки его несанкционированного использования, например, пересадки. Но чип быстро доказал свою стопроцентную гарантию. Извлеченный на воздух, он погибал. Со смертью хозяина он погибал тоже; а когда один гениальный хирург попробовал удалить чип, сохранив поток крови и ее давление, и пересадил его в аорту следующего пациента, чип, проведя анализ ДНК и убедившись, что это тело другого хозяина, изменил все коды. Преступник, совершенно уверенный в успешной операции, спокойно стоял перед сканером — и, все еще ничего не понимая, смотрел на наручники, которые на него моментально надели, после чего неудачник- грабитель отправился на ксилловые рудники, а незадачливый хирург поплатился головой, представ перед разъяренными членами "семьи".
Этот хрестоматийный пример Владислав помнил еще с курсантской скамьи. Сейчас он лишь усмехнулся. Уж лучше бы это был обычный, крупный и мощный переносной коммуникатор. С таким прибором, при помощи сканера, можно было найти человека на расстоянии в двести-триста километров. Ну а чип для этого предназначен не был, его дальность обнаружения ограничивалась лишь несколькими десятками метров.
Сейчас, как он не старался, сканер показывал лишь ровное поле — и ни одной пульсирующей точки. Айоры, столь заметные всегда, теперь не показывались. Пару раз он замечал высоко в небе парящего летуна, но все его попытки сближения оканчивались неудачей. Айоры исчезали из вида при малейшем приближении.
