Он опять напряг мозги. Темнота. Господи, да не могло быть такого, чтобы ему отшибло память от одного стакана кислого рома. Хорошенько ударить в голову — пожалуйста, но не так. Да и не помнил арвиндражевец, что он пил хотя бы один стакан. Хотя, сейчас он вообще ничего не помнил.
— Проклятье! — Корвин жестко оттянул ворот рубашки, от неосторожности сорвав верхнюю пуговицу. Та закатилась под кофейный столик.
Наверняка его шутники-друзья что-то подмешали в стакан. Легче объяснения и не придумаешь. Повезло еще, что он добрался до собственной спальни, а не вырубился в коридоре или на улице.
Надо будет обязательно припомнить им эту дурацкую шутку. И еще извиниться перед Бертлисс. Теперь стало понятно, как парень оказался у нее в черном списке: сначала станцевал с другой, а потом, вообще, исчез, не сказав ни слова… Некрасиво получилось.
Нет, все-таки, месть может подождать. Сейчас главное — вымолить прощение у мышки, которая, кажется, всерьез на него обиделась. Уж она-то ждать точно не станет.
— Это тебе.
Корвин сел на скамейку, положив перед мышкой украденный из оранжереи цветок зимней фиалки. Неуверенно улыбнулся и почувствовал себя еще более неловко, когда за столом повисло гробовое молчание.
— Прости, вчера я…
Бертлисс медленно перевела на него взгляд. То, какими глазами она на него посмотрела, заставило арвиндражевца запнуться на полуслове. Было такое чувство, будто сначала девушка видела, как он с наслаждением душит котят в своей комнате, а потом, как ни в чем не бывало, отвозит корм в кошачий приют. Проще говоря, мышка смотрела на него как на последнего подонка.
Корвин кашлянул и продолжил чуть тише:
— Я поступил с тобой не очень красиво… мышка?
А она просто поднялась и ушла. Спокойно, без истерик и плевков в лицо. Отреагировав на него как на пустое место, отчего Корвин и почувствовал себя пустым, черт возьми, местом. Следом встали остальные лорииэндовцы, и светловолосая девчонка со злостью бросила:
— Козел, — и ушла с высоко поднятым подбородком.
Корвин озадаченно оглянулся на них, чувствуя на себе взгляды десятков студентов. Разве можно так сильно возненавидеть человека из-за такой мелочи? Или он просто ничего не смыслил в девушках?.. Арвиндражевец медленно поднялся со скамейки и вдруг гаркнул:
— Больше не на что поглазеть?!
Студенты послушно потупили глаза. В смешанных чувствах Корвин дошел до своего стола и, с шумом отодвинув стул, плюхнулся на него. Юста меланхолично пережевывала салат.
— Ты уверена, что все было именно так, как ты мне описала? — проникновенно поинтересовался парень, наклонившись к ней.
— Сколько раз ты должен это еще спросить? — раздраженно выдохнула девушка. — Уверена. И, вообще, с чего это тебя так заботит?
Корвин во все глаза уставился на сестру, чувствуя себя дураком, которого все старательно обводят вокруг пальца. Поджав губы, он проговорил:
— Странный вопрос. Как меня могут не волновать провалы в памяти?
Юста устало закатила глаза и поднялась с места, схватившись за ручки подноса.
— Может, просто обратишься к психиатру, братик?
Но у Корвина была идея получше.
— Что вы мне подмешали, а?!
Зольт недоуменно выпучил глаза, вцепившись пальцами в руки Корвина, крепко прижимающего его к стене.
— Эй, ты чего?! Остынь!
— Какого черта я ничего не помню? — прошипел парень. — Это очередной ваш розыгрыш, да? Отвечай!
— Блин, да я понятия не имею, о чем ты! Корвин, угомонись!
Парень выглядел по-настоящему растерянным. Прорычав что-то нечленораздельное, арвиндражевец нехотя расцепил хватку и сделал шаг назад. От греха подальше.
— Что за муха тебя укусила? — приглаживая мантию на груди, сокрушался Зольт.
— Вот и мне интересно… что за муха такая, — мрачно ответил Корвин. — Значит, это Вивьер.
— Что «это»? — не понял друг.
Арвиндражевец провел ладонью по лицу и спросил:
— Мы ведь пили вчера, так?
— Ну, да…
— И сколько я выпил?
Зольт задумался.
— Полстакана. Кажется.
Еще лучше. Корвин стиснул зубы.
— Как думаешь, можно ли частично потерять память после половины стакана рома? Либо я плохо знаю свой организм, либо друзей.
Парень оскорбленно раздул ноздри.
— С чего ты взял, что это мы? Твоя сестричка больше всех рядом с тобой ошивалась. У нее и спроси.
Арвиндражевец устало вздохнул. Интересно, как долго они будут переводить друг на друга стрелки?
— Я пойду… А то ты что-то сегодня не в духе, — расценив его молчание как нежелание продолжать тему, сказал Зольт и, еще раз кинув странный взгляд в его сторону, поспешно ушел.
Оставалось решить, как разобраться во всем самостоятельно. И в этом ему могло помочь только одно — настоящее чудо.
В дверь постучались.
Бертлисс была уверена, что никто из ее друзей не мог быть там, по ту сторону стены. Мальчики горбатились на тренировке по самообороне, а Аринда с Норфой решили прогуляться и не трогали ее, зная, что сейчас лорииэндовке необходимо было побыть одной. Поэтому этот неожиданный стук с первых секунд начал ассоциироваться с чем-то подозрительным.
Немного подумав, девушка решила, что притворится, будто в комнате никого нет. Но стук повторился. Еще и еще, пока она все-таки не плюнула на конспирацию.
