— Даже очень много. С момента нашего знакомства, эти вопросы только множились, а ответов было мало. А когда я попыталась найти что-то по поводу Рода Бедфорд, я так ничего и не смогла найти. Единственное предположение — ты не из Англии. А спрашивать толка не было — ты бы всё равно не ответил.
— Ну, тут ты права. Я при рождении не англичанин. Насчёт фамилии — это фамилия моей матери, а так как она была аристократкой не из мира магии, ты ничего и не нашла. А про вопросы, — Вергилий медленно выдохнул, — можешь спрашивать.
— О, и ты ответишь на всё?
Лили была явно удивлена этим фактом.
— Ну, секретную информацию я точно не буду раскрывать. Так что ты не сможешь узнать, какого цвета нижнее бельё у наших авроров, — хмыкнул парень, когда Эванс закашляла, на его последнюю фразу. Ну и что, что он подождал, пока она начнёт пить кофе. Это случайность. — Однако ты права — ты имеешь право знать ответы хотя бы на часть вопросов. Если конечно они будут правильными и интересными.
— Вот как. Это странно. Ты всегда был скрытен, Вергилий, а сейчас… Хорошо, тогда объясни, кто они такие? Почему именно детей они похищают для своего ритуала?!
Теперь закашлял Вергилий. Он-то ожидал, что она будет интересоваться Томом, всё-таки, на её Родине идёт война с этим Личем, а ей интересно это. Мда.
— Сам ритуал я не видел, хотя и могу догадываться, каким он был изначально. Этот извращён настолько, что пользоваться им может даже обычный человек, — Вергилий рассмеялся после этих слов. — Даже я понимаю, что после такого их невозможно назвать людьми. Сердце требуется по той причине, что убийство ребёнка самый большой грех против мироздания. Поэтому вырезание и поедание детского сердца и приводит к такому. Совершая это преступление, они призывают силу, продлевающую их жизнь, но уничтожая душу.
— Да у этих монстров не было души изначально! — взорвалась Лили. — Как можно только подумать о том, чтобы убивать ребёнка?!
Полудемон лишь пожал плечами.
— Многие люди не так уж и отличаются от демонов, если посмотреть. Люди, ради своего возвышения, готовы пойти на многое. Даже на убийство семьи и детей. Так что меня это не удивляет. Насчёт твоего вопроса про то, кто они такие — это монстры, бывшие когда-то людьми. Мусор. Сосуды для отголоска силы, что они призвали.
— И что это за сила такая, что она требует такие жертвы? Я уже поняла, что это демоническая сила, можешь про это не говорить, но кому именно она должна принадлежать?
— Одному из сильнейших демонов, что когда-либо существовал в любом из миров. Многие называли его вторым по статусу в иерархии демонов, но силой он превосходил Принца Тьмы. И я не ошибся, когда говорил про другие миры. Здесь его имя практически неизвестно, а вот в других ему даже поклоняются, ведь он спас мир. Пойдя против своего рода, предав их ради людей, он закрыл проход между их миром, и миром демонов.
— А ты можешь справиться с отголоском этой силы, потому что разбираешься в демонологии?
— Почти, — хмыкнул Вергилий, переведя взгляд с горизонта на банку в своей руке. И ему мысленно стало смешно, когда понял, что руки слегка дрожат. Он смешон. Ему страшно признаваться этой девчонке.
Скажи ему кто об этом несколько лет назад, то это были бы его последние слова. Сейчас Вергилий отчётливо понимал, что к Лили его каким-то странным образом притягивает. Словно магнитом. Он привык видеть её постоянно, ему нравилось это странное чувство, когда в голове проскальзывала мысль, что она его ожидает дома. Чёрт, да сколько раз он замечал за собой, что он может подолгу просто стоять и смотреть на неё, когда Лили что-то делает, даже если эти вещи до жути банальны. И от этого внутри него что-то разгоралось, какое-то чувство, которому он не мог найти объяснение. Вроде похоже на спокойствие, но с оттенком тепла. И при мысли, что это закончится, становилось не по себе.
Сделав последний глоток кофе, Вергилий глубоко вздохнул. Хотелось выпить что-то по крепче, может ему легче стало бы, но нет, ему нужен ясный рассудок. Ну что же. Пора. Главное не смотреть на неё, чтобы не видеть разочарования. А дальше он будет действовать так, как ему подскажут эти чёртовы эмоции, что в последние несколько месяцев стали постоянными гостями в его жизни.
— Демона, чью силу призывают эти существа, зовут Спарда.
— Спарда? Где-то я уже слышала это имя, — задумалась Лили. На десять секунд. После чего она резко замерла, и медленно перевела взгляд на слизеринца. — Подожди, ты хочешь сказать…
— Верно, Лили. Этот демон — мой отец.
В данный момент у Лили кружилась голова. Вергилий — сын демона? Быть такого не может! Или может? Или это просто шутка, правда?
