На попутках же возвращалась с учёбы обратно. Чаще всего ей везло. В основном водители попадались адекватные и просто хотели с кем-нибудь пообщаться по дороге. Вероника умела трещать без умолку, забалтывая любого, так что в итоге все оставались довольны. Её подвозили за так и лишь иногда просили оставить телефончик. На такие случаи девушка выдумала несуществующий номер, который с готовностью диктовала. Но изредка бывало и по-другому: довезя до конечного пункта, водилы расстёгивали ширинку и требовали «вернуть удовольствие». Тогда Вероника живо выскакивала из машины.
Однажды она прождала на остановке в Питере больше часа, пытаясь поймать хоть кого-нибудь, чтобы добраться домой. Стояла холодная поздняя осень, с собой не было ни копейки, и Веронике ничего не оставалось, как понуро тянуть руку проезжающим мимо автомобилям. Она настолько устала и замёрзла, что, когда перед ней вдруг притормозила красивая чёрная иномарка, Вероника была готова запрыгнуть в неё не раздумывая. Затемнённое стекло на передней дверце опустилось, и она разглядела, что в салоне сидели трое. Вероника вспомнила своё правило не садиться в машину, если, помимо водителя, в ней ещё кто-то есть.
В этот момент полноватый шатен за рулём спросил:
– Вам куда, девушка?
Она уже почти не чувствовала заледеневших ног в дешёвых демисезонных сапожках, никак не рассчитанных на минус пятнадцать по Цельсию, и автоматически выпалила адрес. Больше всего на свете она сейчас хотела поскорее попасть домой.
– Мы как раз в ту сторону, садитесь!
Вероника махом отбросила своё правило и плюхнулась на заднее сиденье рядом с голубоглазым брюнетом лет двадцати. Тот широко улыбнулся, обнажив жёлтые прокуренные зубы.
В машине громко играла музыка, сами же попутчики были молчаливы, никаких вопросов ей не задавали, телефонный номер не просили, только перекинулись именами. Вероника постепенно согрелась, успокоилась, но на знакомой развилке по пути домой машина неожиданно повернула не в её город, а в соседний.
– Ой, а мне ведь не туда! – взволнованно воскликнула девушка.
– Да ладно тебе, детка, нам только заправиться, ясен перец?
Машина подкатила к небольшому мотелю с бензоколонкой. Голубоглазый сосед Вероники, которого, как она успела запомнить, звали Миша, предложил посидеть в кафешке, пока ребята заправляются. Девушка последовала за ним.
Однако в помещении, куда он её привёл, никакой кафешки не оказалось. Обычный гостиничный номер. Легонько толкнув свою спутницу внутрь, Михаил вошёл сам и придержал дверь, впуская в комнату водителя, второго пассажира и ещё четырёх мужчин.
После этого он запер дверь на ключ, а один из незнакомцев поспешил к окну и плотно задёрнул шторы. Перед Вероникой поставили стакан водки.
– Я не пью, – громко и отчётливо произнесла она, хотя внутри у неё всё переворачивалось от страха. На лицах парней она увидела ухмылки.
– Что поделать, придётся заплатить за поездку, девочка, – сказал тот, который задвигал занавески. Он противно улыбнулся и добавил: – А зачем же ещё ты села в машину?
Вероника поняла, что попала в ловушку, что ей некуда бежать и не у кого просить помощи. На глаза навернулись слёзы, и всё же она собралась с духом и, сдерживая дрожь в голосе, выкрикнула:
– Ребята, мой парень в Питере – очень крутой! Он бандит! Он всех знает! Так что вам лучше не играть с огнём и отпустить меня!
Мужчины дружно заржали. Вероника обречённо посмотрела на стоявший перед ней стакан с водкой. «Что теперь? Что мне делать? У меня нет времени», – лихорадочно соображала она.
Голубоглазый стал медленно расстёгивать ремень на джинсах.
– Мальчики, не надо, я вас очень прошу, я вас умоляю, матерями вашими заклинаю! – с надрывом запричитала Вероника, вспомнив советы из каких-то женских журналов о том, как надо разговаривать с потенциальными насильниками. – Ведь у вас у всех есть матери или сёстры! Что если с ними сделают то же самое?!
Вероникина тирада не произвела на «мальчиков» никакого впечатления. Наоборот, они перешли к действиям: один пересел поближе, на кровать прямо напротив стола, у которого она сидела, другой подошёл к двери, дёрнул за ручку, проверяя, хорошо ли та заперта, и тоже направился к девушке, третий, державший в руках стакан с водкой, уже навис над ней, тяжело дыша перегаром.
Вероника вжалась в стул и заплакала. Как заведённая, она повторяла, чтобы её не трогали, чтобы отпустили, что она не хотела ничего такого, что так нельзя… Но её мольбы, похоже, ещё больше распаляли парней. Возбуждённые, готовые к атаке, они самодовольно усмехались, цокали языками, отпускали сальные шуточки и, последовав примеру Михаила, тоже начали расстёгивать ширинки.
– Я хочу с тобой поговорить! – рывком обернулась вдруг к голубоглазому Вероника и тихо добавила: – Пожалуйста… Можно наедине?
Инстинктивно она определила, что её сосед по машине был тут вожаком. Она понятия не имела, что скажет дальше, просто почувствовала, что обращаться нужно именно к нему.
