- Ты чай с пирогом будешь? - наконец прожевав весь стейк, тихо спросила я, но ответ уже знала. Барретт сладкого, а тем более сдобы, не ел. Исключение составлял черный шоколад, которым он очень редко закусывал коньяк, а также энергетические батончики и белковые шейки, но и их он употреблял не ради вкуса, а чтобы восполнить физическую энергию.
- Нет, - коротко ответил он, и я кивнула в подтверждение своих мыслей. В любом случае, пирог я готовила исключительно для того, чтобы моя личная традиция и воспоминания о маме всегда были со мной, и Ричарду его не навязывала. Однако о десерте для любимого мужчины я позаботилась.
- В Мюнхене я купила черный шоколад. Горький. Какой ты иногда ешь. Подать к коньяку? - убирая со стола посуду, поинтересовалась я.
- Можно, - потянулся он к смарту, который иногда мерцал оповещением о приходе смс, и я была уверена, не только с поздравлениями, но и рабочими моментами.
Возвращаясь из кухни, я отметила, что Ричард хоть и просматривал телефон, но все же отдыхал, и его энергетика отличалась от будних дней. Ушла собранность и сгруппированность Тигра перед атакой, появились вальяжность и умиротворенность хищника после удачной охоты и сытного обеда.
Аккуратно поставив на журнальный столик хрустальную тарелку с кусочками черного шоколада, я посчитала время удачным для подарка и протянула Ричарду фирменную коробку с тиснением “Cartier”.
- Тебе на Рождество.
Ричард всегда спокойно относился к презентам - не проявлял радости, но и не отталкивал, и сегодняшний вечер не был исключением. В коробке лежал зажим для галстука, который я сделала на заказ в таком же стиле, как и запонки Барретта в виде тэгов. Иногда он носил аксессуары, подаренные Мартой, но я решила дополнить его “военный” бизнес-атрибут, который он также часто надевал.
Открыв кожаный футляр, Барретт кивнул, давая понять, что ему понравилось, однако, прежде чем он закрыл крышку, я произнесла:
- На внутренней стороне гравировка.
Он перевернул зажим, и в неярком освещении камина и подсветки телевизора блеснула надпись и небольшой рисунок гор, который я придумала сама.
- Заказала у ювелиров “Картье”, - пояснила я и добавила: - А когда ты сказал, что мы летим в Альпы, я добавила гравировку в Мюнхене.
“Пусть тебе покорятся все вершины мира”, - прошлась я глазами по тексту и невольно улыбнулась, понимая, насколько эта надпись оказалась уместной после дневного экстрима.
Ричард никак не отреагировал, что было в его стиле, и наш вечер так же неспешно продолжился.
Барретт тянул коньяк, дегустировал горький шоколад и просматривал смарт, временами вскидывая взгляд на экран телевизора с политическими и экономическими новостями. А я, поев немного маминого пирога, лежала рядом, упершись макушкой в бедро Ричарда, читала сообщения на своем телефоне и поздравляла всех, кого еще не успела. Среди теплых пожеланий я нашла несколько посланий рабочего порядка от Бесси и, прочитав ее “На носу открытие галереи, а Грув ушел в рождественский отрыв, и опасаюсь, что мы его не выловим до весны!!!” улыбнулась. Сейчас, лежа рядом со своим мужчиной, я чувствовала, как он иногда зажимал мои волосы, опуская руку на бедро, и все эти проблемы казались малозначительными и легко решаемыми. Задумавшись о своей реакции, я внезапно поймала себя на мысли, что урок Ричарда оказался гораздо глубже. Я чувствовала, как впитывала спокойствие и уверенность своего мужчины, нацеленность на успех и бесстрашие в решении любых вопросов.
“Не волнуйся, Бесси. Мы разберемся с этим. Еще раз с Рождеством”, - набрала я и, отправив сообщение, посмотрела на Ричарда снизу вверх. Расслабленно откинувшись на спинку дивана, он по-прежнему был погружен в себя, и я, чувствуя, как он придавил мои волосы локтем, была рада, что мне удалось гармонично вписаться в его отдых.
Он в очередной раз бросил взгляд на экран телевизора, а я, улыбнувшись, тихо произнесла:
- Спасибо за этот день. Знаешь, теперь мне совсем ничего не страшно. Честно.
Он посмотрел из-под руки на меня сверху вниз и, приподняв уголок рта, произнес:
- Малькам видней.
- Я не малёк, - нахмурилась я и, чтобы доказать, что ничего не боюсь, перевернулась на живот и решительно спросила:
- Ты меня и правда возьмёшь на скайдайвинг? - он посмотрел на меня, а я пояснила, чтобы он не думал, будто я давлю: - Ты просто увидишь, что я ничего не боюсь. И если нужна какая-то спецподготовка - скажи, я буду тренироваться.
- Достаточно хорошей физической формы, - ответил он, и я, приняв его ответ, как положительный, улыбнулась и в знак благодарности поцеловала его локоть.
Ричард вновь вернулся к своему смартфону и телевизионным новостям, а я спросила:
- Мне, наверное, нужно закаляться? Холодно лететь вниз, тем более, в нашем сыром климате, даже летом.
- Весной заберу тебя в Сингапур, там и полетаешь, - не отводя взгляда от телевизора, ответил он, а я, услышав эти слова, даже замерла, опасаясь спугнуть свое счастье.
- Я самая счастливая женщина, - все же тихо призналась я, и это было правдой.
