Хотя, что бы он там не говорил, трахал он сейчас именно меня. Так что, как ни крути, это хоть какая-то, пусть и частичная, но и моя победа тоже. Он хотел именно меня, демонстрируя это в своей излюбленной изощрённой форме. Поэтому такие «мелочи» вполне можно было и простить.
— Рей! Какая приятная неожиданность. Честно говоря, у меня и в мыслях не было подходить к тебе и проверять ты ли это.
Он удивлённо вскинул голову на знакомый женский голос, ворвавшийся в его напряжённые думы, так сказать, совсем не кстати, и даже ошалело усмехнулся, когда увидел ту, кого совершенно не ожидал здесь увидеть.
— Странно, что ты вообще каким-то немыслимым образом очутилась именно здесь, Нора. В ресторане, в котором, к слову, без предварительной записи, так просто столик не снимешь и не зарезервируешь. А уж «случайно» увидеть с первого этажа, кто находится на втором — это воистину надо обладать какими-то сверхъестественными способностями. Может хотя бы раз в жизни обойдёшься без своих излюбленных фокусов? Просто скажи, что ты разговаривала сегодня утром по телефону с Дейзи, а та, наивная, возьми да и ляпни, что идёт сегодня обедать со мной в «Аlexander's steakhouse».
— Да, ты прав. Прости… получилось как-то… совершенно неуместно. Наверное, банально испугалась и не нашлась, что сказать поэтому поводу что-то более уместное.
— Сказала бы сразу правду, того глядишь, не пришлось бы краснеть.
Он так и продолжал сидеть за квадратным столиком на две персоны в противоположной от панорамных окон здания стороне, который действительно так просто с улицы не заметишь, и смотрел снизу вверх на застывшую перед ним в зажатой позе Элеонору Райли. Да, не по-джентельменски. Только для него данная особа на большее и не заслуживала, как и на приглашённие за его столик в качестве навязанной гостьи или третьей лишней.
Правда, если судить по её виду, подготовилась она к их «нежданной» встрече основательно. Нарядилась в изящный и вроде как скромный комплект из облегающих чёрных брюк и чёрной вязаной водолазки. Последняя выделялась воланообразным подолом и стилизованным под жабо высоким воротником, украшенным сверху лёгким газовым шарфиком и эмалевой брошью с белыми лилиями. Даже чёрные туфли подобрала с каблуком, но хотя бы не сильно высоким. Правда, они всё равно подчёркивали её длинные стройные ножки, которые за прошедший месяц после операции успели приобрести прежние аппетитные формы и хоть какого-то мяса в определённых местах, что она теперь так старательно и демонстрировала. Про лёгкий макияж и безупречную укладку можно не говорить. Её новый стилист постарался на славу, сумев замаскировать набранный ею во время болезни лишний десяток лет.
— Прости ещё раз. Я реально растерялась, поскольку знаю твоё к себе отношение и знаю, чем данный разговор может в конечном счёте закончиться…
— Тогда зачем ты сюда заявилась, заранее подготовившись к нашей встречей и даже нисколько этого не скрывая? — он окинул её фигуру с ног до головы далеко не восхищённым взггядом и опять же не предложил ей хотя бы временно присесть.
— На самом деле я не думала, что найду тебя здесь и пришла сюда скорее наобум. Ведь прошёл уже почти целый месяц. А с того дня, когда ты приходил ко мне в палату после операции, мы с тобой больше уже не виделись. И даже не говорили по телефону или как-то ещё.
— А ты всё это время переживала, что никак не можешь меня отблагодарить и поговорить по душам на столь душещипательную тему?
— Насколько я помню, мы с тобой вообще ни на какие темы всерьёз не говорили, после того… после того, как ты вычеркнул меня из своей жизни.
— Наверное, это должно было подсказать тебе, как же я на самом деле к тебе отношусь, и почему именно я это сделал. Обычно, Нора, после подобных действий не ищут поводов с причинами, чтобы встретиться и о чём-то поговорить. Это как раз и указывает на то, что время для подобных разговоров давно истекло! И не стоит принимать на свой счёт все оплаченные мною за вас счета с будущими подачками, наивно думая, что я это делаю из-за каких-то скрытых к тебе мотивов. Я тебе сказал об этом ещё до операции. Не появись на моём пороге Маргарет, боюсь, ты едва ли бы сейчас стояла тут передо мной во всей своей реанимированной красе. Благодари за эту исключительную возможность только её. А теперь, ты не возражаешь, если…
Он так и не успел договорить фразы о том, чтобы попросить Нору покинуть территорию ресторана и его собственной жизни. Поскольку та вдруг ни с того, ни с сего, взяла и демонстративно уселась на одно из кожаных стульев-кресел за его столиком, как раз напротив и с видом невозмутимой роковой стервы. Причём проделала это с таким изяществом, отложив свою скромную дамскую сумочку на край тёмно-коричневой столешницы, будто действительно собиралась здесь остаться как минимум на чашечку кофе.
