— Неужели? И что же здесь плохого или дурного? Золушка из простого народа встречается с наследником Стаффордов и её благосклонно принимают в доме все члены нашей именитой семейки. Ещё одна романтическая история, которая всколыхнёт и взбудоражит умы огромного количества наивных дурочек и малолеток.
— Боюсь, это не та история, с помощью которой я бы хотел привлекать внимание к нашей семье, Рей.
— Но и отнюдь не та, которой бы ты стал стыдиться. Просто подыграй мне ненадолго, пап. Всего каких-то пара месяцев, а то и меньше. Едва ли Билл рискнёт трогать чужую девушку, тем более девушку равного ему по положению соперника. Если он будет знать, что она находится под защитой нашей семьи, то навряд ли захочет разжигать между нашими семьями клановую войну.
— Эту войну собираешься разжечь ты, Рей. Потому что у нас с Карлайлами договорённость. Как только Стелле исполнится восемнадцать, мы объявим официально о вашей помолвке. А с появлением на горизонте твоей… ложной подружки… Что я должен буду сказать Герберту?
— Да что угодно! Что я влюбился и временно кем-то увлёкся. Как бы странно это для тебя не прозвучит, но такие вещи случаются, папа!
— Я тебе говорю сразу, Рейнальд. Мне не нравится то, что ты задумал. Я категорически против данной авантюры, поэтому не собираюсь распространять слухи о твоих отношениях с этой девочкой, как и объявлять всему миру, что она твоя официальная на сегодняшний день пассия. Хватит и того, что ты заявил об этом в присутствии Уильяма. Если тебе ТАК хочется её защитить, то делай это без вмешательства нашей семьи.
— Тогда и ты будь добр, папа, не вмешивайся в то, что я собираюсь сделать. Не забывай хотя бы о том, что я твой сын, и я — часть твоей семьи. А не Уильям и не его дружки и братья. И это ты меня собираешься женить на его сестре. Поэтому, пожалуйста… Если хочешь, чтобы всё было по-твоему без всяческих эксцессов и неожиданностей, прислушивайся хоть иногда и к моим потребностям.
Видимо, это оказалось сильнее любой здравой логики, или же я был ещё слишком молод, неопытен и наивно полагал, что способен на что-то влиять и изменять в нужную мне форму. Но, как ни крути, знакомство с Норой Андервуд перевернула далеко не одну мою жизнь. Кажется, в тот треклятый вечер, я вляпался в это в буквальном смысле по уши. И даже был уверен, что это какой-то особый знак свыше. Повстречать настоящего ангела и запасть на него за считанные минуты. Стал бы я так рвать себе собственное очко ради кого-то другого? Сомневаюсь.
Кажется, я начал совершать все свои якобы безрассудные шаги как раз с её появлением. Только едва ли их можно назвать таковыми вообще. На начальном этапе уж точно, пока я ещё мог критически соображать, преследуя личные цели и даже некую для себя выгоду.
Да, я действительно хотел защитить её от Карлайла и отнюдь не без оснований. Но ещё больше я жаждал заполучить из всего этого нечто ценное и для себя. Намного ценное и ускользающее от зоркого взгляда моего бдительного родителя. И я со временем, как ни странно, но всё же это получу. Вот только какую заплачу за эту цену?..
Правда это случится ещё нескоро. Не тем летом, и не после более близкого знакомства с Элеонорой. Наша встреча лишь станет инертным толчком, которая запустит эту адскую машину на полную катушку и которая изменит наши жизни с судьбами до полной неузнаваемости, навсегда и без единого шанса что-либо изменить.
Так был ли я хотя бы тогда тем самым благородным рыцарем и хорошим мальчиком, который впервые предстал перед невинным ангелочком по имени Нора? Сложно сказать. Наверное, и да, и нет. Будь я благородным до мозга костей, разве бы стал искать с ней дальнейших встреч и влезать в её доверие по самую макушку? А если бы и стал, то не так, как начал это делать едва ли не на следующий день после случившегося в Стаффордхолле инцидента с Карлайлом и его прихвостнями. Хорошего героя, скорей всего, волновало бы состояние спасённой им жертвы. Он бы думал, прежде всего о её психическом состоянии и здоровье в целом, а не ехал в дом её приёмной бабушки с одной конкретной целью.
Да, конечно, я был не таким уж и конченным говнюком. И даже прихватил с собой обязательные в таких случаях, дарственные подношения. Только интересовало меня тогда в предстоящей встрече совершенно другое.
— Добрый день, миссис Андервуд. Простите за беспокойство, а Нора дома?
Двери открыла немолодая и невысокая женщина не слишком-то и преклонных годов и даже многими чертами (в особенности разрезом и цветом глаз) похожая на Элеонору.
Найти их дом, особенно в таком маленьком, как Юкайа, городке было делом нескольких минут, тем более при наличии собственной машины. На которую, к слову, хозяйка дома обратила своё подозрительное внимание едва ли не сразу, проверив после первого нашего зрительного контакта был ли я один и не прятался ли кто ещё за моей спиной.
— А кто её решил побеспокоить, если не секрет? — она снова подняла взгляд к моему лицу, слегка прищурившись и будто бы пытаясь угадать, кто я такой, собственными силами и без наводящих подсказок.
