Девочка-дракон с шоколадным сердцем полностью

– Дайте слово мне, – самодовольно заявила Цитрина и заставила маму посторониться. Её серебристо-синяя чешуя искрилась в лучах солнца, когда она наклонила огромную голову и посмотрела на нас холодным оценивающим взглядом. – Позвольте мне объяснить вам ситуацию, жалкие людишки. Мы способны не просто сжечь ваш город дотла, но устроить во всей стране такое разорение, что вам на этой земле больше никогда ничего не удастся вырастить. И через сотни лет будут ходить легенды о несчастливом королевстве, которое здесь некогда существовало – пока не совершило ошибку и не вызвало наш гнев. Если только… – Она склонила голову набок. – Всё, что от вас требуется, – освободить мою глупую младшую сестру. Если она в целости и сохранности, мы будем снисходительны. Но поверьте мне, – сладко пропела она, – не стоит испытывать мое терпение.

Принцесса широко распахнула глаза.

– Она говорит точно как моя сестра, – прошептала она.

– Знаю. – Я скрестила руки и посмотрела на свою старшую сестру, которая всегда, всегда считала, что вправе указывать мне, что мне делать. И кого это она назвала глупой? – Если честно, Цитрина, я тебя не боюсь, – прокричала я в ответ. – А ты что собираешься делать? Напишешь эпическую поэму, если мы попытаемся выдержать твой удар? Ты ведь знаешь, как я ненавижу твою поэзию! И, что бы ты ни говорила, никто на свете не обязан знать глупые правила пятистопного ямба!

Вертикальные зрачки Цитрины сузились, затем снова расширились. Она выдохнула ядовитый клуб дыма.

– Авантюрина?

– Это не Авантюрина! – фыркнула мама. – Взгляни на неё. Это человек!

Цитрина опустила морду так низко, что почти коснулась моего лица. Я не двигалась. Я не стала отстраняться и даже не закашлялась от окружившего меня дыма.

– Ну и?.. – спросила я слегка осипшим голосом.

– Она пахнет как Авантюрина, – прорычала Цитрина. – А еще она такая же упрямая и дерзкая, как Авантюрина.

Тётя Турмалина понюхала меня, подлетев слева.

– То, что у человека золотистые глаза – это нормально?

– Нет, – твёрдо заявила принцесса София. – Она держалась напряжённо, плотно сжав руки вокруг груди, но выглядела слишком разгневанной, чтобы бояться. – Поверьте: в этой девочке всё ненормально.

– Никто не разукрашивал эту ткань в мои цвета. – Я указала на чешуйчатый лоскут, всё еще свисавший с маминого когтя. – Это единственное одеяние, оставшееся на мне после того, как заклинание сработало.

– Заклинание? – Дедушка отпрянул назад, его чешуйчатая шея словно удлинилась от ужаса. – Я должен был догадаться! Они обманули тебя и уничтожили. Разве я тебе не говорил, что людям верить нельзя? Бедный мой детеныш…

– Авантюрина, – произнесла мама, и её голос звучал опаснее, чем когда-либо. Он был шипением, которое скользило по воздуху, неся в себе обещание жгучего наказания и мести. Золотые глаза смотрели на меня гипнотическим взглядом, и каждый сантиметр моего тела захотел ей повиноваться. – Скажи, кто это с тобой сделал.

Я тяжело вздохнула.

– Пищевой маг, – ответила я. – Но мстить ему слишком поздно. Он давно ушёл. Кроме того… – Я заскрежетала зубами, пытаясь не произносить неприятные слова, но не смогла сдержаться и мрачно пробормотала: – Он просто защищался, иначе бы я его съела.

Теперь я его хорошо понимала, и это было особенно неприятно.

Мама дёрнула хвостом и отправила на землю огненную струю.

– Я говорила тебе не выходить из горы! Говорила!

– О, мама, – сказала Цитрина своим самым противным голосом. – Авантюрина никогда в жизни никого не слушала. Я всегда говорила, что добром это не кончится. А теперь она уничтожена и сломлена, а всё потому, что вы не смогли держать её в строгости. Если бы вы…

– Хватит! – взревела я, дрожа от ярости. – Просто выслушайте меня, вы все, хотя бы раз в жизни! Выслушайте! – Я смотрела на них, задыхаясь и сжав кулаки. – Я не сломлена. И не уничтожена! Я наконец нашла свою страсть.

– Что? – Все пять драконов выпалили это одновременно, обдав меня волной жара.

Дедушка сказал громче всех:

– Что ты имеешь в виду? Ты нашла своё увлечение? Здесь? – Дым вылетел из его ноздрей, когда он недоверчиво фыркнул. – Ты же знаешь, люди не понимают, что такое настоящая эрудиция. Их крошечные мозги не способны осознать интеллектуальную красоту…

– Прошу прощения… – возмущенно начала принцесса.

Но тут заговорила я, не дав ей закончить.

– У людей есть кое-что получше эрудиции, – заявила я. – У них есть шоколад.

Потом улыбнулась широкой человеческой улыбкой, потому что впервые в жизни мои родные обескураженно замолчали и в недоумении уставились на меня. Впервые в жизни я разбиралась в чём-то, чего не понимала даже моя старшая сестра.

– Просто подождите, – спокойно сказала я. – Я вам всё покажу.