Девочка-дракон с шоколадным сердцем полностью

Пожалуйста, пойми, молча добавила я. Я бы не стала унижаться и произносить это вслух. Но и отойти я не могла. Я просто стояла на месте и ждала, не обращая внимания на остальных членов семьи.

Мама долго смотрела на меня сверху вниз. Я узнала этот взгляд и плотно сжала пальцы в кулаки. Это был тот же взгляд, которым она раньше сотню раз смотрела на меня, ожидая ответа на вопрос о том, как сильно я отстаю от других в учёбе.

Он означал, что она очень надеется, что я смогу её удивить, хотя слабо в это верит.

После минутной паузы мама изящно и осторожно опустила свою массивную морду и протянула к чаше длинный раздвоенный язык.

Никто на площади не проронил ни звука. Она слизывала шоколад, снова и снова… и снова, пока чаша не опустела. Мамины глаза широко распахнулись, и она посмотрела на меня с таким выражением, которого я прежде не видела.

– Ты умеешь готовить это? – спросила она.

– Да, она умеет, – ответила Марина за меня. Она стояла у меня за спиной, и я даже не слышала, как она подошла, настолько была сосредоточена на маме. Марина говорила уверенно и спокойно, а её рука решительно легла мне на плечо, удерживая меня на месте. – Скажу больше, она лучший подмастерье из всех, что у меня были.

– Авантюрина? – удивлённо вскрикнула Цитрина. – Но!..

Её голос оборвался, когда мамин хвост предупреждающе дёрнулся, отправив гулять по площади облако пыли.

– Тихо! – приказала мама моей старшей сестре, впервые на моей памяти. – Попробуй свой шоколад.

Цитрина прищурилась. Но когда я поднесла ей чашу, она мгновенно опустошила её.

Это было самое чудесное мгновение в моей жизни. И когда я посмотрела на младшую принцессу, её улыбка подсказала мне, что она меня прекрасно понимает.

Моя семья быстро расправилась со всеми деликатесами, которые Марина принесла из «Шоколадного сердца». Огромный стол опустел. Силке проследила за тем, чтобы королевская семья тоже всё попробовала и прислуживала им с почтением. Король съел шоколадное пирожное с явной признательностью. Брови кронпринцессы поднимались всё выше по мере того, как она одно за другим отправляла в рот три шоколадно-миндальных печенья. И что-то похожее на блаженство я разглядела на лице принцессы Софии, когда та медленно выпила чашку горячего шоколада, смакуя каждый глоток.

Лорд-мэр, конечно, заявил, что не голоден, но, поймав на себе многозначительный взгляд короля, передумал. Угрюмое выражение его лица, когда он ложкой соскребал со стенок бокала последние, едва заметные пятнышки шоколадного крема, принесло мне больше удовлетворения, чем любые аплодисменты.

Дедушка опустошил свою последнюю чашу и вздохнул, пустив по площади волну тепла и приведя в движение моё коричневое платье.

– Ну… – Он снисходительно посмотрел на меня, и тонкая струйка дыма беззаботно выползла из его ноздрей. – Судя по всему, детёныш, ты совсем неплохо провела без нас время.

Тётя Изумруда добавила:

– Очень полезно иметь в семье того, кто сможет готовить нам это!

– О, да, – согласилась тётя Турмалина. – Восхитительно полезно.

– Но я не собираюсь к вам возвращаться, – заявила я. – Вы ведь это понимаете, правда?

Дедушка прищурился и осторожно опустил морду.

– Может, ты и утратила свой истинный вид из-за того, что тебя обманули люди. – Его голос понизился до рычания, и уголком глаза я заметила, как вздрогнул король. – Но ты всё ещё наш детёныш, и мы должны тебя оберегать. Думаешь, мы оставим тебя здесь, беззащитную, среди незнакомцев?

– Теперь это моя территория, – уверенно сказала я. – И они мне не незнакомцы. И не так уж сильно они отличаются от драконов. Лишь самую малость.

Король многозначительно прокашлялся и выступил вперед.

– Э… как бы ни были мы счастливы, что вам понравилось в нашем городе, юная леди, но нам бы не хотелось… то есть… если ваша семья действительно желает…

– Нет, – резко сказала мама. – Ей не нужно возвращаться.

На этот раз вздрогнула одна я. Спустя мгновение я подняла подбородок и состроила свирепую мину, заглушив боль и напомнив себе, что именно этого я и добивалась.

– Отлично, – натянуто сказала я. – Знаю, я ведь никогда не соответствовала твоим ожиданиям.

– Девочка моя… – Мама вытягивала над площадью свою длинную, искрящуюся золотисто-голубую шею, пока её глаза не оказались напротив моих. – Ты хоть раз слушала меня по-настоящему? Я всегда хотела, чтобы ты нашла свою страсть. Теперь, когда ты её наконец нашла, как могу я поступить так жестоко и лишить тебя всего этого?

Ох. Внезапно в своём горле я ощутила комок.

– Так ты не сердишься? – пропищала я. – И не разочаровалась во мне? Правда?

Она покачала массивной головой, но её глаза продолжали смотреть в мои.

– Ещё никогда в жизни я никем так не гордилась.

Моё горло сжалось окончательно.

Марина заговорила у меня из-за спины, глядя прямо в глаза моей маме, пока я пыталась побороть предательски наворачивающиеся слёзы.

– Не беспокойтесь, – сказала Марина, – мы о ней позаботимся.