Сев в машину, я поставила телефон в держатель и увидела на экране кучу эсэмэсок от Энн. Беседовать с продюсером, наверное, уже не стоит. Лена не сможет работать, а мне совсем странная девушка, которая поет странные песни, не нравится, даже несмотря на то что у нее неожиданно обнаружился прекрасный голос. Эсэмэски же продолжали прилетать стаей. «Привет, ты где?», «Эй, куда ты подевалась?», «Договаривались о разговоре», «Отзовись!», «Что случилось?», «Ты нас бросила?», «Нельзя меня вон прогнать».
Трубка зазвонила, это Энн! Я поколебалась, но ответила:
– Привет.
– Почему ты легла на дно? – закричала продюсер.
– Занималась другими делами, – ответила я.
– Ты на нас работаешь! – пришла в еще большее негодование собеседница. – Я нашла место, где можно репетировать. Приезжай сию секунду. Концерт на носу. Нечего лентяйничать!
Тон Энн мне совсем не понравился. И зачем я ее слушаю? Лене трудно стоять, ходить она почти не может, работать пиар-агентом ей уже не придется. Надо спокойно завершить общение, без скандала, тихо и аккуратно.
– Ты платила мне за услуги? – осведомилась я.
И услышала:
– За несделанную работу лавэ не отсыпают.
– Аванс я тоже не получила, – на всякий случай уточнила я.
– Никогда никому ничего вперед не даю, – взвизгнула трубка, – и не мечтай отгрызть хоть рубль до того, как Танька окажется в ротации топ-радиостанций.
– Разве я это обещала? – удивилась я. – Договаривались о помощи в проведении концерта, на который зрители не спешили. Сколько билетов уже продали?
– Ну, триста, – слегка сбавила тон нахалка.
– Вроде ты говорила, что в зале всего сорок мест. Или около того, – удивилась я.
– Нам дали другое помещение, большое, – призналась продюсер, – владелец прифигел. Такого ажиотажа он в своем заведении еще не видел.
– Я подсказала сменить псевдоним, подобрала для Татьяны одежду, – напомнила я о проведенной работе, – но мне ни копейки не заплатили. Результат моей инициативы: большой приток зрителей. Договор мы не оформляли. Считай все, что я для вас сделала, дружеской услугой. Можешь не платить. Но больше на меня не рассчитывай. Дальше работайте сами или нанимайте другого человека. До свидания.
– Стой! – закричала Энн.
Но я быстро отсоединилась, заблокировала контакт Энн и выдохнула.
Прекрасно знаю, как доставить себе большую радость. Сначала надо согласиться на какую-то неприятную работу, а потом отказаться от нее. Пара Энн-Таня мне сразу не очень понравилась, но я хотела помочь Лене и поэтому общалась с ними. А сейчас получила возможность откреститься от грубиянки. Денег не брала, документы не оформляла, прощайте, Энн и Таня, я вам ничем не обязана. Понимаете, какое на меня счастье нахлынуло? А не согласись я помочь Татьяне, не ощутить бы мне сейчас восторга!
Телефон снова зазвонил, на этот раз меня искал Костин.
– Ты где?
– Ну… – замямлила я, не желая сообщать о визите в квартиру Лены, – ну…
– Пошла на маникюр, – предположил Вовка.
Я воспользовалась подсказкой.
– Да, все ногти обломала.
– Надеюсь, это потому, что ты утром исцарапала Вульфа за его неожиданный и спешный вылет в командировку, – развеселился Володя.
– Ничего не знаю о поездке, подожди, как раз Макс звонит, – удивилась я и переключила телефон.
– Лампудель, – заговорил муж, – я уже сел в самолет. У Реутовой беда, лечу к ней. Извини, сегодня вечером мы никуда не пойдем.
– Мужчина, прошу вас отключить телефон или перевести его в авиарежим, – произнес женский голос.
– Лю. Це. Скоро вернусь, – скороговоркой произнес Вульф и отсоединился.
Я удивилась. Мы собирались сегодня вечером куда-то идти? Совершенно не помню об этом! Надо вернуться к беседе с Костиным.
– Вова, ты здесь?
– Тут, записывай адрес. Виктория Ганзуэман ждет тебя в кафе. Я бросил на рабочую карточку деньги. Заранее сними сумму в банкомате, сейчас напишу сколько Вике за рассказ обещано, – проинструктировал меня Володя, – еще и обед оплатишь.
– Господин Костин пообещал, что я могу заказать здесь все что пожелаю, – предупредила меня худенькая, почти прозрачная старушка, – что не съем, заберу домой.
– Меня зовут Евлампия, – улыбнулась я, – все, о чем говорил Владимир, непременно выполню.
Виктория повеселела, к столику подошел официант, госпожа Ганзуэман заказала все, что было в меню, я ограничилась чаем.
– Аппетита нет? – посочувствовала мне женщина. – Я постоянно хочу вкусно поесть, но с моей пенсией по трактирам не походишь.
– Да, рента от государства невелика, – посочувствовала я, – хорошо, что у вас квартира есть. Да еще в центре.
