Хидехико из палаты буквально вытаскивали за шкирку. Он решил рассказать "принцессе", какая она замечательная, и как он был рад с ней познакомиться. Когда дверь за друзьями закрылась, Амэ тяжело вздохнул и повернулся к брату. Оставшись наедине, юношу вдруг стали терзать неясные предчувствия. Амэ боялся сделать лишнее движение, ведь его посетило ощущение, что когда он покинет пределы палаты, их прежние отношения с Акито закончатся.
— Тебя не будет на Церемонии, — больше разочарованно, чем с укоризной произнес Амэ.
— Прости.
Бесило. Бесило то, что все, что Акито мог поделать в сложившейся ситуации, это извиняться. А Амэ хотел видеть брата на Церемонии. Иначе для чего он столько времени выбирал шелк на праздничное кимоно? Амэ хотел, чтобы в последние минуты детства брат был с ним!
— Но осенью мы обязательно увидимся.
Обнадеживало то, что им не нужно будет ждать целый год. И пусть Акито не увидит Амэ с цветами, вплетенными в волосы, во время Церемонии. Гораздо важнее, что они скоро встретятся в Академии Аши. Как два Сейто. Как равные.
— Амэ…
— Молчи, — перебил его юноша, инстинктивно понизив голос до шепота. — Не хочу слышать возражений. Это будет. И точка.
Акито вздохнул, но промолчал. В синих глазах плескалось раскаяние. Амэ покачал головой и придвинулся ближе.
— Прости, что втянул тебя во все это, — вновь произнес брат.
Амэ с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза. Вот заладил извиняться!
— Ничего, — улыбнулся он, сверкнув глазами. — В конце концов, гениальность и мозги — разные вещи.
Акито рассмеялся. Подобные шуточки он разрешал только Амэ, и то, когда они были наедине.
В дверь аккуратно постучали. Амэ не слышал шагов за дверью, он давно понял, что пытаться различить легкую поступь ками, бесполезно; но он откуда-то знал, что за дверью Хорхе. Ками, конечно, не дождался приглашения войти, он распахнул дверь и остановился на пороге, скрестив руки на груди.
"Показушник", — подумал Амэ, чувствуя, как от внезапного появления Хорхе, напрягся Акито. Конечно, он ведь ками на дух не переносит.
— Нам пора, принцесса.
Услышав это обращение, сказанное подобным тоном, Амэ едва не застонал — казалось, только одни интонации разоблачали его, говоря о том, кто он на самом деле. Или это просто воображение разыгралось?
— Кто это? — спросил Акито, и его рука почти до боли стиснула пальцы Амэ. Юноша повернулся с мягкой улыбкой — так он надеялся успокоить брата.
— Сопровождающий. Не думаешь же ты, что меня на экипаже привезли? — немного шутливо, приподняв брови.
Хорхе усмехался, похоже, его забавляла реакция брата. Они с Амэ встретились взглядами, и Хорхе подмигнул ему. Юноша сразу смекнул, что это была провокация, но Акито попался на нее, как ребенок. Смуглая кожа на лице брата неожиданно потемнела от ярости, а сам он запыхтел, как кипящий чайник. Он открыл рот, чтобы сказать, что-то резкое и, определенно, нелицеприятное в адрес Хорхе, но тот его опередил.
— Успокойтесь, господин Сарумэ, — он сверкнул ослепительной улыбкой. — Вы же знаете, к чему приводит союз ками и человека. От его последствий даже инцест начинает казаться детской забавой.
Амэ не поверил своим ушам. Этот Хорхе, он… на занозу похож в деликатном месте! Юноша бросил на ками злобный взгляд, но тот только красиво усмехнулся, откинув за плечо тяжелую золотую прядь. Амэ решил, что нужно что-то делать с Акито — провокации гения могут кончиться плохо… для самого гения. Юноша повернулся к братику и произнес:
— Не обращай внимания. У него с головой не все в порядке, меня сразу предупредили.
Он положил ладонь на плечо Акито, пытаясь успокоить. К облегчению Амэ, это помогло.
— Я заметил, — вздохнул Акито.
Амэ улыбнулся и наклонился для поцелуя.
— Мне пора. А ты поскорее выздоравливай. Увидимся осенью.
Акито заглянул в глаза Амэ, и, поняв, что тот говорит на полном серьезе, решил не возражать. Он согласно кивнул.
— Встретимся осенью…
С каждым шагом, который увеличивал расстояние между Амэ и братом, юноше казалось, что между ними растет пропасть, бездонная и непреодолимая. Уже на выходе из больницы Амэ вдруг застыл, точно вкопанный, и обнял себя руками, ощущая, что в груди все разрывается от боли, а глаза жжет от непролитых слез. Ему казалось, что только что он простился с братом навсегда.
Осень… Он знал, сам не ведая откуда, что ничего, как прежде не будет.
Хорхе молчал, делая вид, что ничего не происходит. Он остановился в нескольких шагах позади Амэ и терпеливо ждал, пока юноша справится с собой. Минутная слабость быстро прошла, и Амэ взглянул на ками, вопросительно вздернув бровь.
— Идем? — как ни в чем не бывало.
Что бы ни ждало их с Акито впереди, они справятся. Обязательно.
Продолжение следует…
В следующей главе:
— Положи одежду и заверни Тайко в одеяло! — еще один приказ, который девушка бросилась исполнять.
